Своя девочка – Макпал Исабекова

Выпускница первого сезона «SuperStar.kz» стала для юной аудитории почти сестрой, а взрослые по-свойски готовы называть ее “кызым”. В общем, Макпал – рафинированный, политкорректный продукт, который и нужен сейчас нашей эстраде.

Надо приучать россиян к нашим узкоглазым лицам

– Макпал, в прошлом году ты победила в конкурсе “Музыкальная фишка” и по его условиям должна потратить полмиллиона долларов для раскрутки своего творчества на российском рынке. Как все продвигается?

– Мы пишем новый альбом, работаем с известным российским саунд-продюсером Домиником Джокером. При этом ведутся переговоры с Игорем Крутым. Если все будет нормально, то наши интересы на тамошнем рынке будет представлять его продюсерский центр АРС. Думаю, в сентябре на российских телеканалах и радио запустится песня “Бесконечность”. Клип на нее мы сняли еще год назад, но особо не ротировали. Но показаться с клипом – это полдела. Нужно закрепиться.

– Наверняка российская публика должна помнить тебя по успешному выступлению на “Новой волне”…

– Меня в нынешнем году пригласили в Юрмалу в качестве гостьи. И это уже большой плюс. Концерт “Новой волны” будут крутить по МузТВ еще в течение года несколько раз. То есть опять ротация. Надо мелькать, надо показываться, надо приучать москвичей и россиян к нашим узкоглазым лицам (смеется)!

– В свое время на “Новой волне” ты выступила довольно успешно и получила приз зрительских симпатий. По-твоему, что нужно нашим артистам, чтобы достигать в Юрмале как минимум подобных высот?

– Скорее всего, важно все вкупе: ты, твои способности, харизма, команда, которая тебя готовит, удача… Допустим, взять нынешних казахстанских участников группы China Town. Все, что зависело от них, они сделали: спели, показали шоу, танцы. Но не выиграли. То есть тут нет какого-то рецепта.

Если честно, когда я получила свой приз, то очень удивилась. Тем более на репетиции нам сказали, что по предварительным подсчетам приз получит Полина Гагарина. Но к концу вечера у меня оказалось больше голосов. Еще месяц, наверное, отходила от шока.

Заворачивала домбру в детское одеяло

– Как родители из Жаркента относятся к твоей карьере? Не думают, вот, уехала куда-то, занимается чем-то несерьезным?

– Очень хорошо относятся. Фактически мама сама привела меня в шоу-бизнес. Когда шли отборочные туры “SuperStar.kz”, она записала, где будут проходить прослушивания, в какие дни. Потом спросила меня: “Хочешь себя проверить?”. Так мы собрались и поехали.

Недавно вспоминала, как в детстве ходила в музыкальную школу. От сестры мне досталась старая домбра – треснутая, с ужасным звуком. А купить новую мы не могли. И вообще я хотела заниматься на фортепиано, но оно стоило еще дороже. Зимой я носила домбру не как все – в футляре, а заворачивала в свое детское одеяло, обматывала веревкой, погружала все это в пакет и так шла на занятия.

До “SuperStar.kz” я была студенткой первого курса, жила в общежитии. У нас была одна душевая из пяти кабинок на четыре этажа. Когда мы ходили купить что-нибудь сладкое к чаю, то думали: взять “Лакомку” за 25 тенге или скинуться на рулет? Тогда мама давала мне 100 долларов, и я на них полностью одевалась, покупала одну пару зимней обуви на весь сезон, которая подходила бы под джинсы, брюки, юбки, платья, на эти же деньги покупала кофты и другую одежду.

Сейчас у меня, конечно, нет такой проблемы. Можно сказать, что сейчас я отыгрываюсь за то время, когда не могла позволить себе купить все, что хочу. Я зарабатываю деньги, мне их хватает, и я не жду, что кто-то ко мне придет и скажет: “Вот тебе машина, вот тебе квартира”. Я сама коплю на квартиру.

– Недавно слышал, как один из российских молодых поп-артистов с гордостью говорил журналисту, что он одет сейчас на

10 тысяч долларов. А ты можешь сказать, на сколько ты одета?

– Знаешь, я хожу в те же магазины, что и обычные люди. Для меня не принципиально ходить только в брендовые. Вот эту юбку я даже не помню, где купила. Топ – в “Mango”. Майку взяла в Москве рублей за 200–300. И на мне сейчас не золото, а бижутерия. Мода меня, конечно, интересует, но я не являюсь ее жертвой. Правда, признаюсь, есть один фетиш – сумки. Вот на них я могу очень много потратить.

Люди скажут: “Точно с дуба рухнула”

– Какой специальности ты в свое время училась?

– Я училась на налоговика. Но будущую карьеру пока никак не связываю с налогообложением, поскольку, пока продаются альбомы, странно думать о том, чтобы пойти работать экономистом.

– Насчет продаваемости альбомов… Ты в курсе, кто у нас в этом преуспел?

– Мы. В смысле артисты нашего продюсерского центра: Айкын, я, группа “101”. Мы перевернули миф о том, что в Казахстане невозможно заработать на продажах альбомов. Ну, конечно, не в таких масштабах, как в России. Допустим, певица Максим на своем первом альбоме заработала миллион шестьсот тысяч долларов. Хотя больше всего зарабатывают такие исполнители, как “МузАрт” и Тохтар Сериков. У них аудитория намного больше. Их слушают везде – в городах и на периферии. Из зрелых артистов, конечно, Батыр.

У меня два альбома – русско- и казахскоязычный, который я выпустила недавно. Но и первый альбом до сих пор переиздается. Хотя эти песни отличаются от тех, что я пою сейчас. Но было бы неестественно, если бы по прошествии четырех лет я продолжала петь какие-то несерьезные, немножко детские песенки…

– Каким получается альбом, который ты сейчас пишешь в Москве?

– Там больше лирики. Также есть кое-что от хип-хопа и R’n’B, поскольку продюсер Доминик Джокер большой спец в этой теме. Он сначала пишет музыку, а потом приходит на студию, при тебе пишет слова и с тобой советуется. Мне это нравится.

– Тебе никогда не было интересно, в виде стеба, попробовать записать какую-то вещь типа дурацких песенок Верки Сердючки?

– Нет, у нас это не прокатит. Я уже знаю. Менталитет не такой.

– Тем не менее на свадьбах часто включают песни Сердючки, и народ очень хорошо реагирует.

– Но это Верка Сердючка. А те же самые песни в исполнении Макпал Исабековой будут звучать и восприниматься по-другому. Люди скажут: “Что она тут вытворяет? Точно с дуба рухнула”. Да и потом – это не мое абсолютно.

“Макпал увела Ваню у Дильназ?”

– Ты выступала в разных городах: в Алматы, Астане, областных центрах, в провинции. Зависит ли реакция публики от географии?

– Публика везде меня принимает одинаково хорошо. В областях, например, народ попроще. К тебе могут подойти, похлопать по плечу: “Эй, кызым, пойдем сфотографируемся”. Или поцелуют, обнимут, потрогают.

– И ты позволяешь всем подряд тебя обнимать, целовать?

– Когда это делают взрослые женщины, то отказать непросто. Тебя не так поймут. Но иногда люди забываются и начинают панибратски относиться. Тогда, конечно, приходится их урезонивать. Но все корректно, на “вы”. И у нас правило: там, где работаем, никогда не сидим за столом, не выпиваем, не общаемся.

– Говорят, что шоу-бизнес довольно грязный бизнес…

– Ну, мало ли что говорят. Нельзя же верить всему. Так любят говорить люди, которые не имеют абсолютно никакого отношения к шоу-бизнесу. Раз они не там, то “все через постель” и так далее. Те люди, которые имеют представление об этой сфере, знают, что есть две категории артистов, так же как и две категории людей. Кто-то выбирает путь через постель, а кто-то по-настоящему занимается делом. Такое встречается в любом бизнесе.

Просто люди шоу-бизнеса – персонажи публичные. И поэтому любые отношения и дружеские связи находятся на виду. А потом все это раздувается. Когда я с Иваном Бреусовым, с которым работаю и имею просто хорошие человеческие отношения, иду в кино, то начинают говорить: “Так они же живут вместе, они любовники!” или “Макпал увела Ваню у Дильназ Ахмадиевой”… Как такому верить?

Мою посуду, полы, готовлю и глажу

– С кем из наших артистов ты еще общаешься?

– Со всеми, назови любого. У нас у всех очень хорошие приятельские отношения. С Дильназ, например, ходим в караоке. Но, конечно, ближе всего общаюсь с артистами нашей компании. Ведь певцам и певицам легче расслабиться в своем кругу. Мы друг друга понимаем. Когда у кого-то день рождения или какое-то событие, то мы собираемся все вместе. На таких праздниках можно встретить всю казахстанскую эстраду.

– То есть наш шоу-бизнес дружен?

– В большинстве своем да. По крайней мере, мне хочется в это верить. Поэтому я стараюсь разубедить тех, кто скептически относится к состоянию нашего шоу-бизнеса. Все не так плохо и не так сложно. Зачем заниматься чем-то с горечью в сердце? Это всегда мешает. Любое дело, поешь ты или моешь посуду, нужно делать с хорошим настроением. Тогда и дела идут лучше.

– Ты моешь посуду?

– Мою. А еще стираю, глажу, убираю, мою полы, готовлю – все делаю.

– А замуж не собираешься?

– Когда найдется человек, который оценит все эти мои способности. (Смеется.) Я вообще-то эту тему не обсуждаю.

Артем КРЫЛОВ, Иван БЕСЕДИН (фото)