Бывший велогонщик "Астаны" признался в употреблении запрещенного препарата

Передает Velolive.com

Официальное заявление команды Astana: «Мы шокированы, прочитав о том, что Лиуве Вестра использовал запрещённые препараты в то время, когда выступал, подписав контракт с командой Astana Pro Team, потому что команда никогда не предоставляла ему никаких медицинских препаратов, которые цитируют средства массовой информации.

Мы шокированы и хотим чётко дать понять, что в команде Astana запрещённые препараты никогда не предоставлялись и не будут предоставляться ни одному гонщику.

В случае, если использование запрещённых препаратов действительно имело место, команда Astana оставляет за собой право требовать финансовой компенсации от гонщика, потому что использование допинга строжайше запрещено внутренним регламентом команды, который подписывает каждый гонщик».

Лиуве Вестра завершил карьеру профессионального велогонщика в начале 2017 года. С 2009 по 2013 годы он выступал в команде Vacansoleil, а с 2014 по 2016 был гонщиком команды Astana. Он подписал контракт с командой Wanty-Groupe Gobert в ноябре 2016 года, но в начале января 2017 объявил о завершении карьеры по личным причинам.

 О том, что 35-летний Лиуве Вестра ссылался на несуществующие  травмы, чтобы получить справку на терапевтическое использование кортизона во время соревнований и пройти антидопинговые тесты, стало известно после публикации в издании Leeuwarder Courant отрывков из книги-биографии гонщика «The Beast, the cycling life of Lieuwe Westra». Автор книги Томас Сейтсма (Thomas Sijtsma) на основе интервью с Лиуве Вестрой рассказал о том, как проходила его жизнь в профессиональном пелотоне с 2006 по 2016 год.

Лиуве Вестра : «Я часто получал справку (TUE) на основании несуществующей травмы, например, воспаления колена. Колено, таким образом, восстанавливалось годами. Я пил таблетки, чтобы заставить тело крутить педали быстрее, забирать призы, получать поздравления. В первый же год в профессионалах мне стало понятно, что ни одна победа не достигается только благодаря тяжёлым тренировкам. Если хочешь присоединиться к известным парням, надо выходить за пределы дозволенного. Я счастлив, что моя профессиональная карьера началась в 2009. Если бы я пришёл из любителей раньше, то моя рука потянулась бы к  ЭПО или чему-то подобному. Искушение оказалось бы сильнее меня.  

Наблюдая несколько месяцев, я заметил, что гонщиков порицают за использование кортизона. Об этом говорили тайком. Такая инъекция не вызывала боли, можно было ехать мощнее, эйфория правила телом. Каждый гонщик   предоставлял медицинский сертификат для классик или других крупных соревнований.  

Думаю, руководство команд в те годы не хотело знать, что происходит. Хотя часто они об этом знали, но открыто мы об этом не говорили. Мы должны были выступать, им было не важно, как, пока нас не поймали. Неведение – благо.

Думаю, что имею право открыто рассказать историю об инъекциях кортизона, потому что не считаю, что поступал неправильно. Почти каждый из моего поколения таким образом мог работать на пике формы".