Казахи в Китае – лояльное и привилегированное национальное меньшинство - CМИ

Широко известно о том, какие трения и проблемы существуют во взаимоотношениях между китайцами и уйгурами в Синьцзяне. Международные правозащитные организации не раз поднимали вопрос о преследовании уйгуров со стороны властей КНР, но в ответ власти полностью все отрицали и обвиняли Госдепартамент США во вмешательство во внутренние дела своей страны.

Между тем, среди некитайских национальных меньшинств в Китае значительное место занимают казахи. Информации об их жизни в Поднебесной приходит намного меньше, чем о положении тех же уйгуров. Однако в Синьцязне они – третий по численности этнос после китайцев и уйгуров, пишет Islamnews.ru.

Казахи имеют свои территориальные автономии: Или-Казахский автономный округ, Мурэ-Казахский автономный уезд в Синьцзяне и Аксай-Казахский автономный уезд в провинции Ганьсу. В провинции Цинхай также существует Хайси-Тибет-Монгол-Казахский автономный округ.

Общая численность казахов в Китае – свыше 1,5 миллиона человек. За время проживания в КНР сформировались две большие социальные группы казахов: кочевники и оседлые крестьяне, и образованная интеллигенция, проживающая в крупных городах Китая и даже в Японии.

В рамках национальной политики КНР по отношению к этническим меньшинствам казахи имеют два телеканала, радио и пять издательств, выпускающих литературу и периодику исключительно на казахском языке: Издательство народов в Пекине, Народное издательство, Издательство молодежи, Научно-техническое издательство, Народное издательство в Урумчи. Особо стоит отметить, что в Китае для казахской письменности и книгоиздательства используется арабская графика.

Преподавание в школах казахских национально-территориальных автономий ведется либо на казахском языке, либо в китайско-казахских школах на казахском и китайском языках. Власти КНР также выделяют значительные средства на развитие казахского кинематографа. Специалисты оценивают его развитие как поступательное. Фильмы, произведенные этническими казахами, уже пользуются популярностью во всем Китае.

В соответствии с этой же национальной политикой в автономных районах, где титульным этносом признаются казахи, первые административные должности, согласно конституции КНР, занимают представители этого же этноса. Кроме этого казах Нурлан Абдимаджин является председателем представительства Народного политического консультативного совета Китая — совещательного органа при руководстве КНР в Синьцзяне.

Вместе с тем, ограничения в религиозной сфере, введенные в Синьцзяне коснулись и казахов. Религиозные обряды разрешены только на дому или в соответствующих культовых зданиях. Исполнение религиозных обрядов в государственных учреждениях запрещается.

Существует еще и проблема ассимиляции казахов, живущих в крупных китайских городах. Для успешной карьеры здесь необходимо знать китайский язык на уровне коренного населения, а изучение казахского языка возможно лишь в районах компактного проживания казахов. Поэтому дети тех казахов, которые переселились в китаеязычных регионах, испытывают определенные затруднения в овладении родным языком. Кроме этого для успешной карьеры в китайском обществе необходимо вступить в Коммунистическую партию с ее декларируемым атеизмом. Китайские власти, например, внимательно следят, чтобы госслужашие и партийные функционеры – выходцы из мусульманской среды не соблюдали пост в месяц Рамадан. Сюда же добавляется взрывной рост китайского населения Синьцзяня. Так, если в 1949 году китайцев там было 291 тысяча человек, то в 2012 – около 8,5 миллионов. Китайское руководство проводит политику увеличения численности китайского населения в регионе с тем, чтобы она превышала численность некитайского населения.

Тем не менее, казахи чувствуют себя в Китае довольно комфортно. По данным казахстанских СМИ, которые они дают со ссылкой на официальные цифры число казахов-репатриантов из Китая составляет всего лишь чуть более 14% от их общего числа.

Кроме всего прочего Китай крайне заинтересован в развитии сотрудничества с Казахстаном в рамках своей новой стратегии «Один пояс – один путь». Таким образом КНР стремится решить три задачи: ускорить развитие своих внутренних регионов, обеспечить безопасность на своих северных и западных границах и добиться диверсификации поставщиков сырья, в первую очередь углеводородов по сухопутным путям, которые в отличие от морских не пострадают в случае регионального конфликта в Юго-Восточной Азии. Казахстану это также выгодно, так как за счет этого он будет вписан в широкомасштабные региональные социально-экономические проекты. В этом случае наличие большой казахской диаспоры может сыграть в пользу интеграции этой страны со странами, расположенными на новом китайском «Шелковом пути».