В “ҚазМұнайГаз Өнімдері” “потеряли” 2,5 миллиарда тенге

Следствие по этому делу длится уже 10 месяцев, но его детали стали известны общественности только после того, как 32-летняя мать-одиночка Диляра Жаксымбетова во всеуслышание заявила: чтобы отстоять свое честное имя, она готова на самоподжог. Бывший менеджер по продаже талонов на бензин и солярку заверяет: чужих денег не присваивала, в хищении не участвовала. В компании “ҚазМұнайГаз Өнімдері” она работала с 2012 года. Говорит, талоны отпускала по безналу только в том случае, если об оплате ей сообщала бухгалтер.

– Она звонила, когда поступала оплата. “Я тебе скинула по электронной почте, можешь проверить в базе”, – так она говорила. Я проверяла и отпускала талоны. Если бы что-то не то было – счета-фактуры недопроведены или дебиторская задолженность висела – эти талоны не погашались бы на АЗС, и тогда бы шум поднялся. Но эти талоны погашались во всех регионах Казахстана. Ни один клиент не звонил в филиал или ко мне, что я неправильно отпустила и что эти талоны якобы заблокированы, – недоумевает Диляра Жаксымбетова.

И вот три года спустя в “дочке” “КазМунайГаза” обнаружили, что 2,5 миллиарда тенге неожиданным образом “испарились”.

– По результатам служебной проверки, проведенной “ҚазМұнайГаз Өнімдері”, были выявлены факты, что имеются хищения талонов. В связи с этим мы обратились с заявлением в органы антикоррупционной службы, которые проверили факты. Ими было доказано, что ущерб причинен практически на сумму 2,5 миллиарда тенге, – сообщил нам адвокат

Кайсар Жумагалиев, представляющий интересы потерпевшего “ҚазМұнайГаз Өнімдері”. – Через компьютерную систему это все проводилось, вытаскивались деньги, счета-фактуры, и соответственно выдавались талоны, которые по факту не оплачивались.

Талоны сбывали через доверенных лиц. Теперь компания намерена добиться возмещения ущерба. Всего на скамье подсудимых оказалось четыре человека, среди них – руководитель столичного филиала компании и старший бухгалтер центрального офиса.

Диляра Жаксымбетова полагает, что в этой компании должны оказаться и другие сотрудники, в частности, айтишник, удаливший из электронной базы ее переписку с бухгалтерией, которая могла бы обеспечить ей алиби, и те люди, которые дали ему такое указание.

– Во время служебной проверки эти сообщения об оплате были удалены из корпоративной электронной почты. То есть заходили удаленно, удаляли эту информацию, – рассказывает подсудимая. – Но, слава Аллаху, я смогла нанять IT-специалиста и какую-то часть восстановить, что уже подтверждает мои слова, что были третьи лица, заходили, удаляли. Аналогичная ситуация в программе SAP. Там всё отслеживается, и почему-то мои счета-фактуры, которые я проводила, находятся в статусе “открыто”. По сей день ни один специалист, который нам предоставляет услуги SAP, не может объяснить, что за статус и почему так случилось.

Диляра Жаксымбетова рассчитывает, что получить ответы на возникшие вопросы ей поможет суд. А непонятного в этом деле много. Действительно ли из корпоративной почты там пропадают важные сообщения, на основании которых выдаются талоны на огромные суммы?

Как вообще в “ҚазМұнайГаз Өнімдері” отслеживают операции с талонами на бензин, неужели их реализацией в этой компании занимались даже нештатные сотрудники, которые, по логике, не являются материально ответственными лицами?

Если верить Диляре Жаксымбетовой, она сама два года была в этой роли.

– С 2010 года я работала, и два года я была нештатным сотрудником. И не будучи материально ответственной, выдавала талоны, – откровенничает мать-одиночка.

Хотелось бы также узнать, почему недостача в 2,5 миллиарда тенге всплыла в “ҚазМұнайГаз Өнімдері” только через несколько лет? И как могло случиться, что ее не заметили многочисленные аудиторские проверки?

Следующее заседание суда по делу о пропаже 2,5 миллиарда состоится уже сегодня.

АСТАНА