No milk today

Оказалось, что 28% молока, поставляемого одним из местных фермерских хозяйств, поступало от зараженных бруцеллезом коров.

«Мясо-молочная проблема» в Киргизии существует с начала 90-х. С развалом СССР в республике, среди прочих, постепенно разваливалась и ветеринарная служба, ветеринарный контроль. Финансирования не хватало, часть опытных сотрудников либо уехала за рубеж, либо ушла на пенсию.
В результате Киргизия стала лидером среди СНГ по распространению бруцеллёза. Распространению инфекции способствовали недостаточный контроль и вакцинация скота ветслужбами, продажа зараженного мяса и молока на рынках, низкое качество просветительской работы, отсутствие должной законодательной базы.

За 20 лет киргизские чиновники не раз заявляли о необходимости навести порядок в данной сфере, менялись президенты и министры, однако существенно ситуация так и не изменилась. По-прежнему не хватает сил и средств для оперативной локализации вспышек инфекционных заболеваний. Владельцы скота в проведении осмотров не заинтересованы, ведь при обнаружении болезни скот должен быть забит, мясо — уничтожено, а это убытки. Поэтому при подозрении на заболевание некоторые животноводы забивают скот и продают его на рынке. В стране отсутствуют условия для забоя скота, часть скотины забивается в домашних условиях, что явно не способствует соблюдению санитарных норм.

Надо отметить, что пока Казахстан не снимет запрет на экспорт, фермеры северных областей Киргизии будут нести ощутимые убытки. Именно Казахстан был основным рынком сбыта для молока и мяса, произведенного в Киргизии, альтернативных вариантов у местных производителей нет.

Из-за невозможности сбыть продукцию цены на молоко и мясо на внутреннем рынке Киргизии упали, при этом стоимость кормов осталась прежней. В результате киргизские фермеры вынуждены сокращать поголовье скота, пуская «под нож» молочные стада.

Сейчас киргизские чиновники предпринимают экстренные меры по улучшению ситуации. Чтобы открыть границы, Казахстан требовал провести зонирование скота и его идентификацию. Соответствующие законопроекты уже внесены в парламент. Вместе с тем, для реализации мероприятий нужны значительные средства — только для идентификации скота по приблизительным оценкам потребуется не менее 1,5 млрд тенге. Дефицитный киргизский бюджет такие траты позволить не может. Недостающие средства Бишкек надеется получить у зарубежных доноров.

Помимо негативных экономических последствий, введенный запрет на экспорт приводит к росту социальной напряженности на севере страны. Ведь закрытие основного рынка сбыта молока и мяса — рынка Казахстана, грозит некоторым киргизским фермерам банкротством, а киргизским властям — всплеском митинговой активности.

Примечательно, что у Бишкека практически нет рычагов для давления на Астану. Недавно прозвучавшие угрозы применить ответные меры, введя запрет на импорт некоторых казахстанских товаров (алкоголь, кондитерская продукция, сигареты) остались лишь словами. В Бишкеке понимают, что в этой партии на руках у Астаны значительно больше козырей.

Лишь один пример — если Казахстан прекратит транзит киргизской электроэнергии через свою территорию, северная часть Киргизии, в том числе и столица Бишкек, будут вынуждены сидеть без света по 12-14 часов в сутки. Исходя из этого, можно предположить, что «мясо-молочная» проблема будет решаться тихо, мирно, без перехода на язык взаимных упреков и обвинений.

Автор: Григорий Михайлов, эксперт Института стран СНГ по Центральной Азии