Слон без мухи

Впрочем, не полностью. Закон (!) о продлении сроков введения поголовных ИИН пока не принят, а лишь внесен на рассмотрение в парламент. Так что доля тревоги в душе законопослушных казастанцев остается, поскольку их достаточно напугали суровым заявлением: 13 августа 2010 прекращается действие старых удостоверений личности. А кто не успел — тот опоздал: никаких финансовых операций, ни билета не купишь, ни кредита не получишь.
Более всего переполошились, конечно, именно старики: а вдруг пенсию не дадут! Закаленные государственными капризами и прекрасно знающие по собственному опыту, что лучше подстраховаться, они потащились в ЦОНы…
Спрашивается, зачем было устраивать это массовое нервное потрясение? Конечно, без документов человеку находиться невозможно, об этом еще председатель домкома Швондер говорил. Но почему всякий раз всевозможное обрннивание и осикивание должно проходить в таких экстремальных условиях, самими же чиновниками создаваемых? Это даже не слон из мухи, тут и насекомого-то этого не просматривается… Обычная казенная процедура, которую можно осуществлять спокойно и тихо. Знаю, знаю, мы сами виноваты — дотягиваем до последнего, а потом бежим и создаем панику. Неправда ваша, граждане чиновники: в ЦОНах изначально творится бедлам.
Моя племянница — гражданка Франции. Бюрократия там, надо сказать, похлеще советской. Порядки по части бумаг строгие и чрезвычайно нудные, но есть в них одна особенность — они рассчитаны ПОД человека, а не против него. Они уважают личность, а не превращают ее в безликий покорный винтик. Если французу необходимо заполнить какие-то бумаги, обменять документы и т.п, то он получает приглашение в департамент с указанием даты и часа. По e-mail и обычной почтой. С просьбой сообщить, если назначенное время его не устраивает. Если гражданин, к примеру, и впрямь уезжает отдохнуть на Лазурный берег, то он делает всего один звонок, и визит переносят на другой день. Но уж явиться он должен минута в минуту. Поэтому в казенных учреждениях довольно трудно увидеть очередь — похоже, европейцы вообще скоро не будут знать, что это такое.