Шанхайские барсы

Была в этом мероприятии какая-то несообразность. Что-то чему-то не соответствовало, что-то с чем-то не сопрягалось… Понятно, когда выходит замуж внучка миллиардера. В этом случае и бриллианты глаз не коробят, и двадцатиметровый лимузин к месту. Как говорится, по Сеньке и картуз. А здесь — и жених, и невеста учатся в институте, родителей богачами ну никак не назовешь, и вдруг такой размах, такие фейерверки! Зачем все это, спросил я, улучив момент, у отца новобрачной. Не лучше ли прикупить ребятам что-нибудь полезное или отправить их в путешествие? «В путешествие-то они поедут, — совсем нерадостно ответил мой приятель. — Понимаешь, потребовали, чтобы все было круче крутого, чтобы всех знакомых переплюнуть. Мы в такие долги влезли с этой свадьбой! Пришлось квартиру в залог отдать… Не знаю, как расплачиваться будем». И такая тоска была в глазах его, что мне стало не по себе, и я по-английски покинул этот пир во время кризиса.
Итак, вопреки разумным доводам, дань тщеславию была принесена. Увы, такое встречается все чаще и чаще. Естественный стиль жизни заменяется неистовой погоней за внешними проявлениями «шикарности». Иногда это — один в один борьба Эллочки-людоедки с миллиардершей Вандербильдихой. Но там удары наносились с помощью шанхайских барсов, крашенных зеленой акварелью с помощью кисточки. В наши дни крутизна доказывается тур-поездками, цацками, мебелью. Иногда по принципу: будем на картошке сидеть, но «плазму» купим дороже, чем Захаровы. И ведь затягивает людей! Тусовка на ярмарке тщеславия — вещь азартная.
Мишура, видимость благополучия, стремление не быть, а казаться… Откуда это? Не знаю. Но когда вижу обилие золота на плохо вымытых пальцах и шее, я впадаю в недоумение.
И вот ведь парадокс: в странах, где благосостояние граждан действительно высокое, такой погони за мишурой не наблюдается. Там, бывает, на вполне достойной свадьбе могут потчевать гостей из одноразовой посуды: удобно. И никого это не шокирует.