Мы и цивилизация

Хотя, по мне, так чего зря валенки тереть, читай, бензин тратить. Будут деньги — езжай и покупай сразу, благо эти холодильники уже скоро чуть ли не на обочинах дорог начнут выставлять.
Так нет ведь — надо два часа шарашиться по магазину, сначала, естественно, обследовав плиты газовые и машинки стиральные. Ну и на фены возникла крайняя необходимость подивиться: какие-такие новшества появились в этих столь жизненно важных предметах. Музыка гремит, народ, ошарашенный кредитованием, толпится, юные менеджеры с ног сбиваются, румянцем пышут.
Ладно, добрались наконец до холодильного периметра (пришлось супружницу за руку сквозь домашние кинотеатры тащить, как маленькую). Начали строевой смотр. Здесь, для того, чтоб у покупателя еще шибче крыша съезжала, почти на каждом белом (сером, черном) красавце прилеплена табличка: мол, извините, уважаемые, вещь продана, или там зарезервирована под залог, или еще какая-то чепуха. И всякий раз я ловлю взгляд, полный укоризны. Господи, как будто эти железяки — последние в нынешнем сезоне, как тот одуванчик из «Ледникового периода».
Дорогая, не заплачь только, мы сейчас поедем в другой магазин, где полным-полно такого же добра, которое, если ты захочешь, с песнями и плясками привезут тебе домой. А у самого, чувствую, проснулся старый-старый, исчезнувший, казалось, навсегда, рефлекс советской очереди. Это когда стоишь и волнуешься: а вдруг не хватит? И настолько глубоко и искренне охватывает твою душу это переживание, что ни о чем другом, кроме «хватит — не хватит» и думать уже не можешь. Мудра была советская идеология, ничего не скажешь. И вдруг, совершенно неожиданно, этот мумифицированный червячок шевельнулся во мне: да что же это такое, все холодильники расхватали!
Дело в том, что наш-то, на котором любит обедать кошка Марфа, вроде бы еще и ничего, но после пяти лет беспорочной службы взял да и озверел совершенно — рычит и рявканьем по ночам пугает весь дом. И поделать с ним ничего невозможно, ремонту не подлежит. Придется менять. А ведь я помню свой самый первый в жизни холодильник — это было настоящее чудо. В году 1962 или 63-м, по великому блату отцу прислали его в деревянном контейнере из Узбекистана. И это удивительное сооружение под названием «Бирюса» поставили не в кухне — нет, а в зале, и благоговели перед ним. А я задирал нос перед друзьями — ни у кого из их родителей холодильника не было.
Когда небезызвестная Ирина Савостина (движение «Поколение») по приглашению какой-то американской организации побывала в США, она сказала мне парадоксальную в ее устах фразу: «Наше правительство — очень умное». Вторая фраза объяснила все: «Потому что оно не дает возможности простым людям выезжать за рубеж». С тех пор прошло лет десять — наездились, насмотрелись. Мы тоже можем купить теперь вроде бы все. Но почему такое чувство, что все-таки у нас — цивилизация второго сорта, что ли?
…Мы проходим еще один ряд современных потомков допотопных холодильных предков, у меня уже ноет рука и вдруг — о чудо! — дверца открывается словно от дуновения воздуха. Хвала тебе, Неизвестный дизайнер, придумавший простенькую, на первый взгляд, подвижную конструкцию ручки. Я распахиваю дверцу, и слышу искреннее «ах»! Действительно — хорош, и таблички упреждающей нету.
Да, но это почти штука баксов — слышится у меня из-под мышки стон. Да и шут с ним, зато будет у нас на кухне настоящая цивилизация!