Синдром жабы

В смысле, не кинут. В смысле, нормальные же вроде собрались ребята. Ну, и к чему тогда договоры разные там, филькины грамоты разводить? Сделали качественно и в срок работу — и адиос!
Речь, как вы понимаете, о каком-нибудь разовом мероприятии: от строительства охотничьего домика до создания концепции нового журнала.
Схема до утреннего зевка неоригинальна и практически выверена временем. Работодателю в лом платить государству какие-то налоги, потому быстрее и выгоднее отстегнуть конкретному пиплу «налом». Исполнителей же ни единым градусом — ни по Цельсию, ни по Фаренгейту — не греют их пенсионно-накопительные миражи, смутно маячащие в сказочных далях, они предпочитают хруст бумажек здесь и сейчас.
Конечно, некоторые сомнения их, как людей искушенных, терзают и с этими сомнениями они обращаются к тому, кто, собственно, всю компанию собрал и на работы сподобил. «Да что вы, братцы! Да это такой мужик…Да мы с ним… Да я его столько лет знаю… Все будет в лучшем виде!».
Уверившись, что кидалова как такового не предвидится, команда, засучив рукава, приступает к своей плодотворной деятельности: неважно, интеллектуальной или физической. Время от времени ходом работ интересуется заказчик, и иной раз даже возникает опасение, удастся ли его привести в чувство, до того он закатывается от восторга. Прямо хоть водой брызгай в лицо, честное слово, уж так он счастлив, что поручил дело именно этим гениям. И гении стараются еще пуще, креатив так и прет — ну, как не сделать все по высшему разряду для такого замечательного и понимающего человека. Да и по-другому делать-то они, вообще говоря, просто не умеют, не такое у них воспитание, как говорила Манька-облигация.
Что ж, время идет, в любой работе настает финал, и одна из самых приятных ее процедур: расчет. И тут начинается тянучка «сегодня-завтра». Уже нехорошо.
Дальше — больше. Пока работники продолжают заниматься своими обычными делами, «бригадир», подтянувший их в свое время на «деньжат по-легкому срубить», бьется как Илья Муромец за каждую честно — и, в общем-то, отнюдь не по-легкому — заработанную десятку. Работодателю страсть как не хочется с деньгами расставаться вообще — работа-то и так сделана. «Я вот тут провел мониторинг (!), — говорит он, — так нигде вот это столько не стоит. Ну вы обнагле-е-ели!». Заметим при этом, что г-н денежный мешок не знает ни тонкостей данной конкретной отрасли, ни специфики труда, ни стоимости услуг в зависимости от квалификации. И никакого мониторинга он, конечно, не проводил. Просто — жаба душит.
— Не, не, это слишком много! Берите половину, и то, пока не передумал!
— Но мы же договаривались, старик! Это нечестно!
— Ты что же думаешь! — переходит на крик «старик», — если я так одеваюсь, у меня бабла вагон? Мне так одеваться по работе нужно! Нашли тут, понимаешь, дойную корову!
— А что я ребятам скажу? Как в глаза посмотрю?
— А это уж твои проблемы.
Испытывая непреодолимое желание плюнуть дойной корове в харю, подрядчик уходит (взяв, конечно, деньги мизерные) и начинает обзванивать народ, объясняя ситуацию. Итог — сплошные минусы. Эти люди больше никогда не поверят своему товарищу («бригадиру»).
Не исключено, что кто-то из них и вовсе утратил веру в человечество (ну, допустим, по молодости лет). Будут ли они еще когда-нибудь работать вместе? Не факт. Малозаметная, быть может, но тем не менее явная потеря для нашего с вами благоденствия.
Да и неприятный осадок остался. Уж помянули тихим добрым словом заказчика, будьте уверены, и не раз… А негативная энергия — она, как известно, имеет свойство концентрироваться в определенном направлении.
О чем начисто забывают вот такие денежные мешки — они уверены, что все решается исключительно с помощью купюр. А порядочность, честное слово, совесть, душевный покой — это все чепуха.
Зря, господа, зря…