На бензиновой бочке

Бензин самых ходовых марок АИ-92 и АИ-96 подорожал на 7-10 тенге. Повышение цен произошло прежде всего в Алматы и Шымкенте, но цепная реакция начинает распространяться и на другие регионы.
Скачок произошел неожиданно, на фоне стабильных цен на нефтепродукты на мировом рынке.
В южно-казахстанской ассоциации автозаправочных станций этот феномен (прежде движение цен вверх на бензин, торгуемый на внутреннем рынке, всегда старались «привязывать» к мировой конъюнктуре) объяснили тем, что, дескать, Шымкентский НПЗ проводит ремонт оборудования, и предложение бензина тут же упало.
Запасы топлива позволяли свести концы с концами до запуска производства, однако трейдеры и АЗС просто воспользовались ситуацией, и тут же задрали цены.
На самом Шымкентском НПЗ аккурат в тот момент, когда и произошло взвинчивание цен на бензин, перед журналистами отчитались, что за первое полугодие переработали более 2 миллионов тон нефти, что на 220 тысяч тонн больше, чем за аналогичный период прошлого года.
Вице-президент завода Цзян Ши заявил о том, что в настоящее время НПЗ работает стабильно и с высокой нагрузкой: «Ежедневно перерабатывается в среднем 14200 тонн нефти». В прошлом году завод переработал 3,94 миллиона нефти, а в этом году планирует переработать более 4 миллионов тонн. Менеджер также выразил уверенность, что завод в состоянии обеспечить бесперебойные поставки горючего на рынок Казахстана.
Уверенности добавляет и тот факт, что на прошлой неделе национальная нефтегазовая компания «КазМунайГаз» (КМГ) и китайская национальная нефтяная корпорация (CNPC) юридически оформили сделку по приобретению казахстанской стороной у китайской 33 процентов акций PetroKazakhstan. Одновременно создано совместное предприятие на базе Шымкентского НПЗ на паритетных началах.
Глава «КазМунайГаза» Узакбай Карабалин откомментировал эту сделку как имеющую большое значение не только для компании, но и для Казахстана в целом.
А приобретение 50 процентов акций Шымкентского НПЗ, по его словам, послужит обеспечению энергетической безопасности в южном регионе Казахстана: «Через национальную компанию правительство получает контроль над Шымкентским НПЗ, имеющим стратегическое значение для страны, и большое влияние на внутренний рынок нефтепродуктов».
Со своей стороны Цзян Ши подчеркнул, что создание совместного предприятия окажет положительное влияние на работу завода, обеспечит бесперебойные поставки нефти и реализацию нефтепродуктов, поскольку «КазМунайГаз» государственная компания и многие вопросы будут решаться проще. А если учитывать, что КМГ еще в прошлом году значительно расширил сеть автозаправочных станций, то ситуация с бензином и вовсе может оказаться под контролем. Кстати, только на АЗС КМГ не произошло июльского взлета цен на бензин.
И все-таки — чем вызвано повышение цен на бензин, о чем это говорит и чем чревато? Если верить статистике, то за первое полугодие производство бензина в стране пусть несущественно — всего на 3,3 процента, но все-таки выросло. Учитывая, что практически со всеми нефтеперерабатывающими заводами с прошлого года существует договоренность о первоочередном обеспечении нефтепродуктами внутреннего рынка, страна не должна испытывать дефицита.
Как такового, дефицита и нет — ни одна заправочная станция еще не простаивала в ожидании бензиновых цистерн, и нигде не наблюдается особенного ажиотажа (за исключением, пожалуй, автозаправок КМГ, где цены остались на прежнем уровне). Значит, проблема в другом?
Скорее всего, она заключается в том, что рынок нефтепродуктов практически не поддается управлению. Компании, работающие на рынке в качестве трейдеров или дилеров, не столь многочисленны и могут легко договориться о повышении цен на какой-либо волне (поползли цены на нефть на мировом рынке, или, как в нашем случае, завод приостановил выпуск бензина). О том, что периодически подобные сговоры осуществляются, ни для кого, в том числе и для правительства, не секрет. Однако доказать факт сговора всегда чрезвычайно трудно. Тем не менее, прецедент имеется: года два назад разгорелся скандал вокруг дилеров PetroKazakhstan.
Каковы меры противодействия сговорам? Если удается доказать наличие сговора — виновные платят штрафы. А если не удается, то и ответственности — никакой.
В прошлом году, в сентябре-октябре, когда цены на АИ-92 в некоторых регионах зашкаливали за 100 тенге, никто за это ответственности не понес. Компании получили сверхприбыль, затем по требованию правительства постепенно начали снижать цены, и ситуация стабилизировалась. До поры до времени.
На июльский ценовой беспредел пока не отреагировало ни министерство энергетики и минеральных ресурсов, ни антимонопольное ведомство. Правительство, похоже, считает: все, что было можно (с помощью ввода пошлин на экспорт нефтепродуктов, введения временных запретов на экспорт нефтепродуктов, достижение джентльменских договоренностей об обеспечении потребностей внутреннего рынка и т.д.) оно сделало. Но периодические ценовые скачки являются мощным дестабилизатором макроэкономической ситуации. По оценкам экономистов, энергетическая составляющая в стоимости товаров и услуг колеблется в пределах 7-20 процентов. Поэтому, как только начинает расти стоимость бензина и дизельного топлива, вырастает себестоимость и другой продукции. А чтобы поддерживать свою рентабельность, предприятиям приходится повышать цены на свои товары и услуги. В итоге вырастает инфляция.
А разве борьба с инфляцией не является первоочередной для правительства?
Поэтому исполнительная власть должна выработать комплекс мер по наведению порядка на рынке нефтепродуктов, а не действовать постфактум, когда механизм взвинчивания цен запущен и работает бесконтрольно.
Как видим, тех мер, которые уже предприняты, недостаточно, раз происходят всевозможные форс-мажоры. Наверняка нужно действовать более масштабно: от привлечения громадных инвестиций в нефтепереработку и модернизацию существующих НПЗ с целью увеличения предложения бензина, до наведения порядка в закупках и особого режима их налогообложения.
Только в этом случае стратегический рынок станет более предсказуемым.