Президенты Центральной Азии в 2006 году

Чем ближе Новый год, тем интереснее становится жить. Обычно к этому периоду начинают подводить итоги прошедшего года, и стараются не испугать фортуну.
Принято оставить все печальные мысли в старом году, чтобы в новый год вступить с радостными. Люди расстаются со старыми вещами, покупая новые. И обязательно утром надо встать с постели с правой ноги, чтобы весь следующий год не оказался по-настоящему «левым».
Когда часто говорят, что президенты мыслят по-иному, думают о глобальном, и, вообще, чуть ли не небожители, становится как-то не по себе. Любой президент отличается от нас, грешных, только тем, что в нужное время он оказался в нужном месте. А в остальном, они такие же люди, как и все, со своими недостатками и достоинствами.
ОБЩИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:
Курманбек БАКИЕВ, вполне возможно, никак не может свыкнуться с мыслью о том, что стал президентом и принял после Аскара Акаева страну. Представляя беспокойный юг Кыргызстана, никак не может понять, что северянин Феликс Кулов думает несколько по-иному, чем он. Наследство от Акаева не совсем упорядоченное. Вступив во Всемирную Торговую Организацию первыми на просторах СНГ, Бакиев должен, во-первых, куда-то девать весь этот хлынувший в страну китайский ширпотреб, во-вторых, собрать по кусочкам то, что после вступления в ВТО осталось от киргизской промышленности.
Последняя по времени напасть — что делать с Кара-Балтинским горнообогатительным комбинатом, фактически обанкротившимся урановым активом, долг которого перед бюджетом составляет 8,35 миллиона долларов. Кажется, российская группа компаний «Ренова» собирается принять участие в пятом по счету тендере по ГОК. Правда, киргизскому правительству пришлось в спешном порядке реструктурировать долг комбината до 2031 года. В противном случае его продать не удастся.
Ислам КАРИМОВ, вероятно, еще никак не может отойти от последствий андижанских событий. Политическая ситуация внутри страны не предвещает никаких катаклизмов. Чего не скажешь о внешнеполитической ситуации. Европейский Союз никак не хочет идти на плотный контакт с официальными властями, а последнее решение, принятое в Брюсселе, наводит на невеселые мысли. Сейчас позиции узбекского президента напоминают средневековую крепость во время осады кочевыми племенами.
Последняя «головная боль»: куда, кому и на каких условиях сбыть крупнейшие в стране химические предприятия. Местные управленцы уже сделали с ними все, что можно, эффективность отрасли падает, инновациями давно не пахнет. Нужны инвестиции и бизнесмены, готовые работать в условиях больших политических рисков и мизерных возможностей для цивилизованного бизнеса.
Нурсултан НАЗАРБАЕВ, судя по всему, получил в 2006 году столько преимуществ, сколько не получал в ближайшие десятилетия. Он удачно использовал ситуацию, когда его самый мощный оппонент по региону, Узбекистан, оказался практически в международной изоляции. Пока Каримов лавировал и искал приемлемые пути выхода из сложного положения, Назарбаев сумел доказать, что он и является той лошадью, на которую обычно ставят игроки на скачках. Активность на внешнеполитическом поле и поддержка, полученная от Джорджа Буша-младшего и ЕС в вопросах стратегического партнерства и энергетической безопасности, свидетельствует о том, что статус регионального лидера он фактически получил.
Последние по времени проблемы: дополнительное рассмотрение в суде уголовного дела по факту убийства Сарсенбаева (внутри страны) и промежуточный провал в вопросе председательствования Казахстана в ОБСЕ в 2009 году (вне страны). Первую проблему на время погасили, вторую лишь растревожили. США и Великобритания очень тепло встречают казахстанского президента, но при этом придерживаются весьма жесткой позиции в вопросе председательствования Казахстана в ОБСЕ.
Сапармурат НИЯЗОВ, ни о чем особо не беспокоился. Что о нем подумают на Западе, Востоке, Юге и Западе не имело ровно никакого значения. У него был газ, небольшой послушный народ, и достаточно иностранной валюты, чтобы не думать о хлебе насущном. У него не было региональных амбиций, желания удивить мир и стать чем-то большим, чем Туркменбаши. Думается, организаторы многих международных саммитов и встреч на территории СНГ уже давно понимали, что вытащить Ниязова из Туркмении не легче, чем долететь до Луны. Хотя, многие из них исправно посылали ему приглашения…
Последнее событие в Туркменистане, естественно, связано с газом. Переговоры с «Газпромом» о повышении цены до 100 долларов за тысячу кубометров прошли, как принято считать, «в дружеской атмосфере». Миллер сдался, так как издержки от повышения цен на газ будут покрывать потребители, а не монополисты-транзитеры.
А преемник Ниязова, скорее всего, продолжит политику «отца туркмен».
Эмомали РАХМОНОВ большую часть 2006 года провел под знаком предстоящих президентских выборов. Вопрос даже не в том, что он мог проиграть. Вопрос в другом: сколько он еще может править Таджикистаном? Разговоры внутри страны о целесообразности переориентации на США и неэффективности российско-таджикского экономического сотрудничества — не больше чем популизм и стремление приобрести политический капитал. Если Россия не совсем уверена в инвестиционных программах в дружественный Таджикистан, то что говорить о Западе, руководители которого даже не слышали о существовании такого государства. Это еще одна характеристика страны, к сожалению, не имеющей энергетических ресурсов. Такие страны Западу, по большому счету, не нужны.
Последнее событие, безусловно, президентские выборы, по итогам которых Рахмонов сохранил пост президента на последующие 7 лет. Как это часто бывает, сразу после избрания стал проявлять максимум активности: затеял чистку внутри аппарата, пообещал реформы в стране, принял присягу, и так далее…
ХРОНОЛОГИЯ СОБЫТИЙ:
25 января. В рамках внеочередного заседания Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества рассматривался ключевой для Узбекистана вопрос о присоединении к ЕврАзЭС. Подписав все необходимые документы, официальный Ташкент стал, с одной стороны, заложницей Москвы, с другой стороны, окончательно сформировал цельную географическую карту центрально-азиатской интеграции. Без Узбекистана, как отмечают многие аналитики, любая интеграция в данном регионе просто невозможна.
Однако это не означало, что отношения между Бишкеком и Ташкентом, Душанбе и Ташкентом автоматически из плоскости недоверия и настороженности перейдут в плоскость дружбы и взаимопонимания. Дальнейшие события показали, что под этими опасениями вполне солидная база.
На пресс-конференции по итогам заседания Нурсултан Назарбаев, так прокомментировал итоги Межгосовета: «История предоставляет нам уникальный шанс сформировать мощный, самодостаточный внутренний рынок. Совокупная численность населения стран, входящих в ЕврАзЭС, составляет сегодня 250 миллионов человек. У государств-участников организации есть все для того, чтобы создать самое развитое объединение в СНГ — энергоносители, продовольственная база, транспортная система. И эффективность ЕврАзЭС зависит от воли президентов и искренней заинтересованности правительств».
Можно предположить, что во время Межгоссовета в Санкт-Петербурге было холодно и влажно.
Однако Курманбек Бакиев и Эмомали Рахмонов вполне могли поверить в то, что вернувшийся в лоно друзей России Узбекистан перестанет использовать против них газ, как инструмент силового воздействия.
Тогда же российский президент и его казахстанский коллега заложили фундамент под совместные урановые проекты, которые до конца года сформировались три совместных предприятия.
К тому же Казахстан и Россия также договорились совместно строить атомные реакторы малой и средней мощности. Но это будет несколько позже.

Продолжение следует