Водный кризис

О том, что наступает период маловодья, теоретически было известно еще осенью прошлого года. Наглядно в этом можно было убедиться уже в декабре, отслеживая уровень воды в реках и водохранилищах всего Нарын-Сырдарьинского гидробассеина — главной водной артерии Средней Азии. Уровень воды к концу зимы здесь упал более чем в два раза от среднегодового, и в дальнейшем притоки продолжали сокращаться.
Тем не менее с начала года наше правительство пыталось стратегически повлиять на то, чтобы максимально смягчить водный дефицит. В частности, прилагались все усилия к заключению четырехстороннего соглашения со странами Среднеазиатского региона (Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан, Казахстан) касающегося вопросов совместного оптимального водораспределения и водопользования имеющихся объемов воды.
Добиться четырехстороннего соглашения оказалось невозможным. Казахстан смог подписать лишь двухсторонние соглашения с каждым из соседних государств. Были подписаны соглашения с Кыргизией на поставку нам электроэнергии. Тут следует пояснить, почему, желая получить воду, мы покупаем электроэнергию.
Главный водный источник Средней Азии — реки Киргизии, и, в частности, Нарын. В киргизских высокогорьях обустроено Токтагульское водохранилище, где аккумулируются водные запасы Нарына. Здесь же имеется и Нарынская гидроэлектростанция. Отметим также, что электроэнергия — один из главных, если не единственных экспортных товаров для Киргизии. Хотя электроэнергия нужна и им самим, особенно зимой, так как ни каких иных природных энергоресурсов, типа угля, нефти, газа, в этой стране практически нет. Таким образом они заинтересованы в летний период накапливать воду в своих водохранилищах. Отметим, что дефицит воды сейчас остро чувствуют и киргизы — они опасаются что не смогут аккумулировать достаточные запасы на зимний период, и уже этим летом вводят жесткие ограничения энергоснабжения в Бишкеке и пр. Именно для того, что бы свести к минимуму сброс воды из своих водохранилищ.
Нам же, в частности Южно-Казахстанской области, очень желательно получить именно воду и именно сейчас, в разгар сельской страды.
В таких условиях имеется следующий вариант — киргизы начинают «бесплатно» сбрасывать в низовья нарынскую воду (торговать которой запрещено всеми международными соглашениями), одновременно вырабатывая киловатты электроэнергии и продавая их нам же втридорога.
В общем-то для киргизов это достаточно уместный вариант, так как на эти деньги они, например, смогут закупить уголь или газ, что в конечном счете даст им гораздо больший запас энергоресурсов, чем тот же объем воды.
Тем не менее, как отметил Ислам Абишев, в настоящий момент исполняющий обязанности акима ЮКО (Нургали Ашимов в отпуске), даже этот вариант киргизы подписали с большим трудом. Однако договоренность о поставках киргизской электроэнергии и «электрической» воды была достигнута.
Одновременно были подписаны соглашения с Узбекистаном о беспрепятственном транзите «электрической» воды, которая прежде чем попасть в Казахстан, протекает по каналам Узбекистана и, частично, Таджикистана.
Однако водоснабжение лишь еще более ухудшилось.
Ислам Абишев привел такую статистику за последние годы, взяв для примера контрольную дату — 18 июля.
Итак, 18 июля 2004 году мелиоративные системы ЮКО запитывались порядка 100 кубаметрами воды в сек.; 18.07.2005 — поступление 100 куб/сек, 2006 — 75 куб/с, 2007 — 95 куб/с. 18 июля 2008 года зафиксировано поступление 30 кубов/секунду.
Таким образом, в этом году произошло сокращение более чем в три раза водопритока в Казахстан.
Как сказал Ислам Абишев, с учетом орошения, проведенного в ЮКО еще в апреле, мы использовали всего лишь 331 млн. куб. воды из 748 млн. кубов которые должны были получить по обязательному лимиту межгосударственного водопотребления.
— Мы не получили даже половины из того, что должны были получить по всем международным обязательствам, — подчеркнул Ислам Абишев.
Начиная с 11 июля, Казахстан купил у КР электроэнергии на сумму 473,8 млн. тенге (порядка 4,5 млн. кВт электроэнергии).
Это давало для ЮКО возможность получать дополнительно сверх лимита порядка 150 кубов в сек. Однако приток воды остался на прежнем уровне — 8 кубов в сек. Таким образом, из тех 150 кубов, которые мы покупаем опосредованно через электроэнергию, порядка 80 кубов остается в Ферганской долине у узбеков, и 60 кубов остается в Кайракуме. А наши поля остаются без воды, — сообщил Абишев.
С 16 июля и.о. акима ЮКО Ислам Абишев и председатель комитета по водным ресурсам РК Анатолий Рябцев выехали в Узбекистан в поисках ответов на вопрос — куда девается наша вода? Однако узбеки переадресовали все претензии нашей делегации к таджикам.
— Они нас послали выяснять проблему в Таджикистан — говорит Ислам Абишев. — Мы туда — 17 июля вели переговоры, встречались со всеми уполномоченными лицами, все в подробностях считали, вновь договаривались. Шли на все их дополнительные условия — вплоть до того, что бы обеспечить ремонт их насосным станциям и пр. Подписали дополнительный протокол с зам. министра водных ресурсов, зам. минсельхоза, и пр. высокопоставленными чиновниками Таджикистана. Составили график прогноза поступления воды. Однако на следующий день на встрече с премьер-министром Таджикистана он нам сказал — вы обеспечьте лично нам от киргизов 100 кубов притока, тогда мы будем пропускать воду и к вам. В общем, результатов не было, — подытожил Ислам Абишев.
— Мы приехали в Ташкент и сообщили, что с понедельника, 20 июля, Казахстан разрывает договоренности с киргизами о покупке электроэнергии, и воды вообще не будет. Такой ультиматум мы вынуждены были сделать, так как иного пути просто не было, — заявил Ислам Абишев.
В минувшую субботу вице-премьер Казахстана Умирзак Шукеев направил телеграмму своему узбекскому коллеге, в которой требовал обеспечить транзит в Казахстан киргизской воды.
В результате в канал «Достык» — главную артерию, по которой поступает транзитная вода в сельские хозяйства Махтааральского и других районов ЮКО, все-таки была увеличена до 75 кубометров в секунду.
Однако проблемы водного дефицита это еще совсем не решает.
Фото tazar.kg