НАТО и Казахстан

— План сотрудничества НАТО и вашей страны охватывает очень широкий круг тем и правительственных ведомств, включая вопросы чрезвычайного гражданского планирования, обеспечение безопасности на границах, вопросы безопасности в энергетической сфере. Так что наше взаимодействие не ограничивается тематикой Министерства обороны. У нас есть очень хорошие отношения с вашим парламентом и сенатом, и я считаю, что мы добились действительно больших успехов за последние годы, — заявил он на итоговой пресс-конференции.
Можно было подумать, из-за хронологических совпадений, что приезд высокого натовского дипломата как-то опосредованно связан с недавним саммитом в Бухаресте, что он является результатом проявившихся там противоречий между Россией и членами НАТО, что после обострения их отношений руководство НАТО стремится укрепить свой имидж в Казахстане и Центральной Азии.
Однако на самом деле основная причина приезда г-на Симмонса была гораздо приземленней и ближе к казахстанской тематике. Дело в том, что завершается первый цикл плана сотрудничества республики и НАТО, и нужно проанализировать его итоги и наметить основы второго аналогичного плана. Для этого Специальный представитель Генсека НАТО и прибыл в Алматы.
Есть и другой мотив визита. Военная операция НАТО в Афганистане не только не сокращается, но продолжается и расширяется, а командование блока заинтересовано в получении гарантированного транспортного коридора для снабжения своих войск. Принципиальная договоренность о таком коридоре уже достигнута с Россией, теперь необходимо согласие Казахстана и Узбекистана.
Каждая из этих стран в силу географического фактора является определяющим «звеном» для наземного снабжения войск в Афганистане. И г-н Симмонс признал, что это и стало одной из главных тем его переговоров в Астане.
Надо заметить, что геополитическое положение Казахстана в данной связи выглядит (да и, пожалуй, на самом деле является) очень выгодным. С одной стороны, его не «обойти», стараясь выйти на систему транспортных коммуникаций Афганистана, и это повышает политическую значимость Казахстана в региональной политике. С другой, ввиду отсутствия общей границы с беспокойной страной, республика может ощущать себя в относительном удалении от центра «афганской интриги».
А это расширяет поле для возможного политического маневра в «игре» с крупными «игроками» в центральноазиатской политике, такими как, в частности, НАТО и США. Здесь положение Казахстана как нигде удобно и даже выигрышно, что не могут не понимать в штаб-квартире НАТО в Брюсселе.
Роберт Симмонс не слишком распространялся на тему состояния переговоров с Астаной по вопросу транзитного коридора. Но в общем выглядел довольно уверенно, когда упомянул об этом.
Почему бы и нет, коль скоро дипломат заявил, что везтись по транзитному коридору будут исключительно невоенные грузы, хотя и предназначенные для армии: от медицинских автомобилей до сантехники.
Нельзя не заметить, что ситуация с соглашением по афганскому транзиту предоставляет Астане очень удобный способ позиционировать себя в условиях натовско-российских противоречий таким методом, в котором и международный престиж страны будет соблюден, и ни у кого из участников упомянутого противостояния не будет оснований обижаться на Казахстан.
Не так ровно и благополучно выглядит ситуация с энергетическими вопросами. Г-н Симмонс сказал, что среди направлений сотрудничества НАТО с другими государствами, в частности, конечно, с Казахстаном, важное место занимают вопросы обеспечения энергетической безопасности.
От казахстанских журналистов сразу был задан вопрос: а как, собственно, можно ее обеспечивать в условиях, когда экспортные нефтепроводы и газопроводы идут на Запад по территории стран, не входящих в НАТО? Не будут же руководители альянса поднимать вопрос о вводе своих военных контингентов в данные страны для «обеспечения энергетической безопасности». Или, все-таки, будут?
Сейчас такую картину может представить только человек с чрезвычайно развитым воображением. Но — ведь и история натовскими радарами в Польше еще пять лет назад показалась бы шизофренической идеей. А сегодня они уже почти реальность…
— Мы ведем активный диалог и организуем семинары по этим вопросам. Мнение, разделяемое многими, говорит, что самые серьезные риски сегодня в энергетической сфере связаны с угрозой терроризма. Поэтому налажен механизм по обмену разведданными, в том числе и с Казахстаном, о террористической деятельности. Это механизм раннего предупреждения. Я считаю, что роль, которую будет играть альянс в обеспечении безопасности энергетики, будет ограничена защитой энергетической инфраструктуры, и мы как раз предусматриваем включение такой темы в нашу программу военного сотрудничества с Казахстаном, — заявил дипломат.
А вот что такое «защита энергетической инфраструктуры» так и осталось невыясненным.