В Караганде обнаружили пьяного девятилетнего мальчика

Как рассказали в школе, семью Большаковых, в которой и вырос отличившийся юный выпивоха, благополучной не назовешь. Четверо детей, родители в разводе, сообщает kriminalka.​kz.

Мать с 2012 года состоит на учете в полиции как алкоголичка. Отец живет в Балхаше, младший, трехлетний ребенок находится там же, его воспитывает свекровь, старшие — с матерью в Караганде, живут в доме у верующей женщины, которая приютила их из жалости и стала детям вместо бабушки.

— Именно эта пожилая женщина всегда приводила Гошу в школу и забирала его домой, — говорит завуч по воспитательной работе Бахытгуль Калипанова. — Маму мы практически не видели. Бабушка же давала ребенку деньги на завтраки и обеды. Мальчик он неплохой, знаниями, конечно, не блещет, троечник, но занятия не пропускает. А вот домашние задания ребенку делать не с кем, на уроки приходит неподготовленным, что и сказывается на его успеваемости не лучшим образом.

Об инциденте с их учеником, третьеклассником Гошей Большаковым, Бахытгуль Аулетбековна узнала поздно вечером.

— Мне сообщили из больницы уже в десять часов вечера, — сказала она. — Я, конечно, была в шоке: за всю мою практику впервые такой случай. Тут же стала наводить справки. Выяснилось, что Гошина мама уже пять дней как находится в Балхаше, оставив остальных детей на квартирную хозяйку. Я позвонила ей, попросила приехать как можно быстрее.

— Мы уже объяснительные написали в прокуратуру и в гороно, провели совет по профилактике, — говорит директор СОШ № 100, — предупредили родительницу о ненадлежащем присмотре за детьми и написали ходатайство о привлечении ее к административной ответственности по этому поводу. В ходе разбирательства выяснилось, что ребенок купил в аптеке настойку боярышника и выпил ее, разбавив соком. В больнице, придя в себя, он пояснил, что мама так делала, вот и он решил попробовать.

Спиртовая настойка, ударив в голову, свалила мальчишку с ног. Вместе с алкогольным опьянением резко упало давление. Гоша потерял сознание. Его подобрали старшеклассники, которые пришли позаниматься на тренажерах и увидели, что мальчишка упал и не встает. Юноши занесли третьеклассника в школу, где уже осталась одна вахтерша — было около половины восьмого вечера, и вызвали "скорую помощь". В областную детскую больницу ребенка доставили в алкогольной коме первой-второй степени — не смертельно, конечно, как сказала зам главврача, но для ребенка его возраста и небезобидно.

— При беседе с мамой Гоши меня поразило ее спокойствие, — говорит Бахытгуль Калипанова. — Она объяснила свое длительное отсутствие тем, что отправилась на заработки, помогать мужу, который занят на какой-то балхашской стройке. Не знаю, насколько искренней она была при этом, но мне не очень понятно, как можно было оставить детей с квартирной хозяйкой, даже если она добрейшая женщина на свете. Ведь ребенку обязательно нужны внимание и забота родителей. Думаю, Гоша учился бы намного охотнее, если бы кто-то дома контролировал его и помогал усвоить пройденный материал. Будь атмосфера в доме другая, не возникло бы и желания попробовать чего-то запретного. Мама ведь пила, и ребенок просто скопировал ее поведение.

Завуч добавила, что Гоша мог бы получать в школе бесплатное питание, но для этого нужно предоставить большое количество справок, собирать которые в семье некому. Хорошо, что есть бабушка, пусть даже неродная, но ведь и ее пенсии может не хватить на всех детей, ведь у Гоши есть старшая сестра-девятиклассница, а после него подрастают еще сестренка и братик.

Заглянув к Большаковым, мы застали практически все семейство в сборе. Анжелика Большакова гостеприимно пригласила нас в дом, начав разговор с житейских вопросов:
— Вот меня грозятся лишить материнских прав, ходят с проверками и стращают штрафами и еще более жесткими санкциями. А чего меня контролировать? Живу как могу, работать стараюсь, видите, печку вот переделала, кафельной плиточкой обложила, хотела в кухне евроремонт сделать, но средств пока нет.

Анжелика рассказывает, что на всех четырех детей получает от государства всего семь тысяч тенге.

— Какие условия на эти деньги можно создать для детей? — спрашивает она. — В очередь на квартиру нас тоже не ставят. Приду в акимат, а там обязательно какие-то справки требуют: прописку постоянную, трудовую, а где ее взять, если я, не оформляясь, работаю? То сторожем, то по строительству. Много раз пыталась подать документы на жилье, но акимы и другие руководители постоянно меняются, всякий раз приходится объяснять свое положение заново, собирать документы с нуля. Вот если бы мне платили хотя бы тысяч 30-35 в месяц, тогда бы не грех и спросить, что я предоставила детям на эти деньги.

История, которой Анжелика пытается разжалобить чиновничьи сердца, и впрямь, непростая. С двух лет Анжелика, ее братья и сестры воспитывалась в детском доме, потому что мать лишили родительских прав. Каким-то чудом старший брат уверовал в Бога и привел в церковь Анжелику, где она окрестилась, и батюшка, совершавший обряд, пожалев сироту, дал ей денег на дорогу и отправил в Караганду с запиской к своему знакомому священнику при Михайловском храме. Последний подозвал одну из служительниц местного монастыря и попросил приютить на время сиротку, пока он не найдет ей другое пристанище. Женщина забрала Анжелику, да так и оставила ее у себя.

— Она у меня уже семнадцать лет живет, — говорит Раиса Сергеевна, хозяйка дома. — Сначала одна, потом с дочкой, потом с мужем, теперь с детьми. Я к ним привыкла уже, они мне как родные, деток я люблю как собственных внуков.

Спрашиваю верующую женщину, как же она мирилась с вредными привычками своей постоялицы, которую давно называет приемной дочерью.

— Терплю и молюсь за нее, — отвечает 81-летняя женщина.

Анжелика слушает Раису Сергеевну с довольным видом.

— Не отрицаю, раньше я крепко выпивала, и бывший муж тоже. А теперь мы не пьем и не курим, слава Богу, покончили с этой гадостью… Мне сказали, что Гоша настойку выпил, подражая мне. Не спорю, было когда-то такое, дети видели, как мы употребляли. Но теперь — ни-ни. Я вот на заработанные деньги антенну спутниковую установила, а старшей дочери подарила планшет, на следующий год она пойдет в колледж.

— Ну а к Гоше в больницу вы уже ездили, что он вам говорит?

— Плачет, говорит, голова болит, и боится, что их заберут у меня. Но никакого раскаяния за свой поступок не испытывает. Спрашиваю: "Сынок, не стыдно тебе?" А он плечами пожимает: "Не знаю".

В среду Гошу из больницы выписали в удовлетворительном состоянии. А Анжелику на комиссии было решено взять на контроль.

— Эта семья и раньше постоянно находилась под нашим неусыпным бдением, — говорит завуч, — мы неоднократно одевали детей, выделяя одежду не только на Гошу, который учится в нашей школе, но и на старших и младших. Анжелика на комиссии прилюдно покаялась: виновата, мол, больше такое не повторится, и пообещала не оставлять детей на чужую для них женщину. Ведь, по закону, она должна была оформить на это доверенность.

О лишении Анжелики материнских прав речи не шло, ведь женщина, как подтвердили полицейские и педагоги, действительно, на данный момент не пьет. Однако избежать административного наказания за ненадлежащее выполнение своих родительских обязанностей ей все же не удастся.