ОБСЕ может стать основой единого евразийского пространства безопасности - эксперты

Первого августа исполняется 35 лет принятию Хельсинского заключительного акта, заложившего принципы современной архитектуры европейской безопасности.

По мнению генерального директора Национального информационного центра, директора политических программ Совета по внешней и оборонной политике Андрея Федорова, благодаря Хельсинскому заключительному акту 35 лет назад «сформировалась новая атмосфера, которая дала толчок последующим глобальным преобразованиям».

«Это был прорыв в новый тип взаимоотношений государств на европейском континенте, который значительно снижал политические и военные риски, давал возможность сделать разрядку международной напряженности», — считает Федоров.
По его мнению, «ОБСЕ сегодня, прежде всего, играет стабилизирующую роль, позволяя вести постоянный диалог по широкому кругу проблем, в частности в гуманитарной сфере, борьбе с ксенофобией и другими».

«Хельсинский заключительный акт был очень значимым событием, так как этот документ стал важным шагом на пути формирования системы общеевропейской безопасности. Я думаю, что многие его принципы актуальны и в настоящее время», — полагает в свою очередь старший научный сотрудник Центра аналитического мониторинга Института международных исследований МГИМО Леонид Гусев.

Среди актуальных сегодня основных принципов заключительного акта Гусев называет неприменение силы, мирное урегулирование споров и невмешательство во внутренние дела. Что касается принципов, нуждающихся в пересмотре, то, по словам Гусева, «после провозглашения Косово независимым государством без согласия Сербии, такие принципы, как нерушимость границ и территориальная целостность государств уже не действуют, как это было раньше, поэтому нужно заново определить подход к ним».
По мнению Андрея Федорова, все основные идеи Хельсинского заключительного акта верны и сегодня, «с поправкой на то, что это был документ баланса сил, который сегодня не актуален».

«Главное, что можно было бы сделать сегодня — реально начать воплощать в жизнь принцип «открытой Европы» — как с гуманитарной точки зрения, так и с точки зрения безопасности», — полагает он.

Кроме того, по мнению Федорова, «диалог ОБСЕ с окружающим миром должен быть интенсивнее, учитывая, что корни многих проблем лежат вне Европы». По его мнению, «инициативы председательствующего в ОБСЕ Казахстана, направленные на укрепление такого диалога можно только приветствовать».

По словам генерального директора Информационно-аналитического центра по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве МГУ им. М.В. Ломоносова Алексея Власова, «ОБСЕ уже превратилась в евразийскую структуру. География новых рисков разрывает прежние представления о границах и зонах ответственности».

«Астана более ясно, чем другие члены Организации, ощущает эти новые веяния. Председательство Казахстана, в этом смысле, шанс на консолидацию усилий различных международных проектов — ОБСЕ, ОИК, ШОС», — считает Власов, напоминая, что Казахстан в следующем 2011 году, продолжая входить в «руководящую тройку» ОБСЕ, примет на себя и председательство в Организации исламская конференция (ОИК).

Более того, Власов полагает, что «создание единого евразийского пространства безопасности, предложенного Казахстаном — это шанс на дальнейшее развитие архитектуры ОБСЕ».

«Механизмы и формат принятия решений в Организации не соответствуют темпам изменений в мире, появлению новых рисков и вызовов. Единственный шанс для ОБСЕ в настоящее время это активизировать взаимодействия с другими интеграционными структурами, такими, например, как ОИК», — подчеркивает Власов.

Между тем, по словам Леонида Гусева, создание единого евразийского пространства безопасности — вопрос среднесрочной перспективы.

«Действительно, возможно более активное взаимодействие ОБСЕ с азиатскими структурами. Но для того, чтобы превратить ОБСЕ из европейской организации в евразийскую потребуется определённое время», — отметил Гусев.