Реставрация с помощью… лазера

Зачастую «камнем преткновения» становится сам выбор грамотной «реставрационной политики».

Ведь главная заповедь реставратора, как и врача, – «не навреди». Петербургские учёные предлагают использовать в реставрации лазеры и сканеры. Подобные технологии уже применяются за рубежом, но в России пока остаются предметом споров между научным и музейным сообществом. Однако первый отечественный опыт прошел успешно – методом лазерного сканирования выполнена копия скульптуры из Царскосельского музея. Рассказывают «Новости культуры».

Изящный Зефир — аллегория западного ветра — что называется, мраморной кожей чувствует ветер реставрационных перемен. Лазерный луч проливает инфракрасный свет на все детали старинной скульптуры.

Трехмерная фотосессия — и в итоге на экране объемная модель. Зефир — мраморный юноша солидного возраста — как-никак уже сто пятьдесят — а электронный паспорт получает впервые. Этот файл — одновременно и архив, который хранит все параметры, и инструкция по изготовлению копии. Если данные, как программу, загрузить в специальный станок, он вырежет ещё одну статую. Но вот точность копии — спорный вопрос, это признают сами ученые.

При традиционном копировании — пусть и не самом безопасном для хрупких скульптур — оригиналу гарантирован стопроцентный близнец. А после скульптора-робота фигуру должен еще доработать резчик — именно этот творческий постпродакшн смущает музейщиков.

«Здесь, конечно, имеет значение человеческий фактор – и, возможно, отступление копии от оригинала, поэтому, насколько это допустимо в искусствоведческом плане — это и есть сейчас спорный вопрос, который вызывает дискуссии и споры», — считает доцент кафедры квантовой электроники и оптико-электронных приборов Санкт-Петербургского Государственного Электротехнического университета Вадим Парфенов.

Реставрация по природе — оплот консерватизма, поэтому убедить специалистов не принимать новые методы в штыки — непросто, говорят ученые. Например, на Западе даже у Моны Лизы свой электронный косметолог: микротрещины на поверхности холста сканирует лазер. В Петербурге новации на службу искусству пока поставили немногие: в ногу со временем идут в Царском Селе, Эрмитаже, Русском музее, музее городской скульптуры и музее артиллерии.

Хранение под открытым небом — серьезное испытание для экспоната. Например, хорошо видно, что у этой французской морской пушки уже основательно заржавел ствол, а коррозия разъедает затейливый орнамент. И здесь лазер мог бы помочь реставраторам решить сразу несколько проблем: можно изготовить трехмерную модель и следить за скоростью разрушения орудия, при необходимости сделать копию, но, в первую очередь, — очистить поверхность от наслоений.

На пластической музейной операции — парадная пищаль елизаветинского времени. Реставрационным скальпелем мастера работают хирургически точно, но всё равно механически воздействуют на старинную позолоту. И в этом традиционный метод проигрывает бесконтактному лазеру. Щадящую инновационную терапию хотели бы прописать не только предметам из уличной экспозиции.

«Многие предметы хранились не очень хорошо, особенно документы, которые были подмочены, например, при эвакуации, сейчас они повреждены плесенью, — говорит начальник отдела обеспечения сохранности памятников военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи Валерия Кобякова. — Также изделия, например, из кожи, особенно головные уборы, которые тоже носят следы биологических повреждений».

Пульс новой жизни старинных вещей: под воздействием лазера загрязнения испаряются в прямом смысле слова. Причем, что ценно для музейщиков, патину времени луч сохраняет, и предмет выглядит на свой возраст, а не искусственно обновленным.

Эту технологию уже опробовали на петербургских фасадах. А вот в музеях пока молодеют только опытные образцы: где-то хранители просто боятся доверить лазеру ценные экспонаты, а где-то и хотели бы, но это слишком дорого. На рынке лазерных инноваций аппараты пока только импортные. Отечественных аналогов почти нет: петербургские ученые по винтику перебирают старые приборы.

«Имеющиеся у нас старые лазеры, оптико-электронное оборудование мы пытаемся модернизировать, пристроить под задачи, которые совместно с реставраторами пытаемся решать», — отмечает Вадим Парфенов.

Сделать хотя бы несколько опытных аппаратов самим ученым не по карману. Музеи тоже не могут вкладывать деньги в будущие проекты — им нужен готовый агрегат — и то не все хранилища способны его оплатить.

Получается замкнутый круг. Специалисты считают, помогут целевые программы финансирования инноваций в музеях — тогда искусству и науке будет проще договориться о новых терминах в самом консервативном деле.