В швейцарском банке вскроют ячейки с рукописями Кафки, на которые претендует Израиль

Цель вскрытия ячеек — установление подлинности архивов и решение вопросов об их правообладателях. Открытие ячеек — новый поворот в тянущейся судебной тяжбе. Ее предметом являются рукописи произведений Кафки, на которые претендуют дочери секретаря писателя Макса Брода — друга Кафки.

За несколько дней до открытия хранилищ в Цюрихе по решению суда в Тель-Авиве были вскрыты банковские ячейки, где хранится часть архивов Кафки.

Рукописи Кафки были завещаны сестрам матерью, которая, в свою очередь, получила их от Макса Брода, друга писателя. Несколько лет назад сестры попытались продать некоторые рукописи, посчитав, что являются их полноправными владелицами и вправе распоряжаться ими по своему усмотрению.

Между тем Израиль настаивает, что документы являются частью культурного достояния страны, поскольку Франц Кафка, несмотря на то, что писать предпочитал на немецком языке, имел еврейские корни.

История с архивом Кафки началась незадолго до смерти писателя в 1924 году, когда он передал рукописи "Процесса" и "Замка" Броду с просьбой сжечь их после его смерти. Тот не выполнил просьбу писателя и напечатал произведения, ставшие одними из самых известных в творчестве Кафки.

Бежав в 1939 году из Праги в Израиль, Брод взял с собой документы и передал их своему секретарю, Эстер Хоффе. Часть из них — в том числе и "Процесс", приобретенный немецким литературным архивом, — Хоффе продала, а часть передала двум своим дочерям. В течение последних 50 лет они хранятся в банковских ячейках в Цюрихе и Тель-Авиве.

В прошлом году израильская сторона обратилась к Германии с требованием вернуть рукопись "Процесса", который, по мнению специалистов израильской национальной библиотеки, был куплен незаконно.

Немецкий литературный архив отказывается возвращать рукопись "Процесса", утверждая, что она была законно куплена на лондонских торгах Sotheby’s и никаких оснований для возврата нет.

Ученые и литераторы в разных странах заявляют, что вне зависимости от того, кто будет назван юридическим правообладателем рукописей, они должны быть доступны для публики.