Мужчины не поют. Британский эксперт не смогла объяснить голос Димаша

Для нас, казахстанцев, Димаш – больше, чем просто популярный певец. Он редкий пример артиста, который вывел местную сцену на мировой уровень без скандалов и дешевых трюков. Его голос знают даже те, кто далек от музыки, а выступления часто работают как визитная карточка страны на музыкальной арене – спокойно, уверенно и по делу.

Но как на его талант смотрят зарубежные исполнители и музыкальные эксперты? Разбираемся в сегодняшнем материале медиапортала Caravan.kz.

Рейчел Уокер Мейсон – британская певица и автор песен. Ее треки не раз попадали в чарт Billboard Hot 100. Она состоит в Академии премии «Грэмми», входит в исполнительный комитет Зала славы авторов песен и получала British Citizen Award. А программа Today на BBC Radio 4 называла ее экспертом по сонграйтингу. В 2023 году Мейсон также взяла премию Стил Дрю за лучшую новую песню.

На этот раз Рейчел решила послушать Димаша и включила его композицию SOS.

«Это как четыре разных голоса в одном теле», – удивленно говорит Рэйчел с первых секунд.

Ее подписчики заранее предупреждали: у Димаша фантастический вокал. Она ожидала что-то впечатляющее, но реальность превзошла все предположения. «Подождите… что?! Я послушала минуту с небольшим и просто остолбенела».

«Как это вообще может быть один голос? И это же, насколько я понимаю, живое выступление. Вы, фанаты, знаете больше меня. Пожалуйста, расскажите мне о нем все. Чувствую, я стану одержима этим невероятным певцом», – признается британка.

Как мужчина может так петь?

Далее она говорит, что если бы не смотрела видео, я бы решила, что в начале поет женщина. Голос так удобно расположен в среднем диапазоне – больше похоже на альт, чем на тенор.

«А потом он уходит в очень мощную басовую ноту. И обычно, когда высокий певец спускается в низкий регистр, там мало плотности и звонкости – звук получается более поверхностный. Но у него b (си) низ звучит с сумасшедшей силой. И он берет три октавы в рамках одной фразы. Он просто свободно переходит от одной части голоса к другой», – ошеломленно говорит иностранка.

Недавно Рэйчел вспоминала видео Найвиш, где объясняла, что человеческий голос устроен как набор отдельных шестеренок – регистры, механизмы, зоны, каждое со своими правилами. Настоящая задача певца – соединить все это так, чтобы звучало как единый инструмент. По ее словам, это невероятно сложно.

«Но у него переключения вообще не слышно. Я знаю, что он меняет регистры – но ухо этого не улавливает. Переход абсолютно плавный», – удивляется Мейсон.

Она также отмечает, что петь на французском – отдельное искусство: мягкие формы, аспирации, дыхание перед и после ноты. Язык сам по себе теплый и благоприятный для вокала.

«Но он успел спеть всего восемь строк и уже сделал около сотни разных вещей…» – отметила она.

Дальше Рэйчел возвращается к тому самому моменту, который ее поразил:

«Средний диапазон звучал так легко, так красиво. Если бы я не слышала первые полторы минуты, я бы решила, что это обычный средний тенор-баритон, как у многих поп-певцов-мужчин».

Но через секунду все меняется.

«Я вижу в переводе слово “вверх” – и он буквально взлетает. В этой ноте столько жизни! Он использует оперную подачу, а потом берет невероятно высокую ноту с множеством обертонов. Я сейчас простужена – если попробую, получится только “умирающий кот”. А он будто выпускает из тела отдельного “рог-вокалиста”. Как будто в его гортани живут разные люди. Это невозможно описать», – сказала она.

Рэйчел вспоминает Джеффа Бакли, одного из своих любимых певцов, сравнивает эстетику с Фредди Меркьюри, но подчеркивает: речь не в подражании – это особый, уникальный стиль.

«Так владеть голосом – за гранью. Если бы мне самой пришлось делать такое вживую… нет, я бы не рискнула. Это страшно. Что если что-то пойдет не так?» – продолжает Рэйчел.

Она обращает внимание на низы Димаша:

«Он использует невероятно низкий басовый регистр. Гортань опускается очень низко, и звук получается удивительно резонансным. Иногда басы могут брать ноты контртенора – и, кажется, именно такой его голос. Басовая текстура глубокая, раскатистая. А потом он снова взлетает вверх абсолютно чистым тоном. Иногда – с вибрато, но чаще – в чистой подаче, как контртенор. Я до сих пор не понимаю, как бас может петь в диапазоне контртенора… но знаю, что это возможно, потому что слышу это».

На фоне звучит старая рок-композиция, а Димаш легко покрывает весь диапазон партии.

«Снизу – сверху – все под контролем. Я не знаю, это его аранжировка или кавер. Подскажите. Обычно эта песня гораздо статичнее, без таких скачков по октавам. Я хочу знать все», – говорит британская певица.

Кульминация

Ближе к кульминации Рэйчел просто сдается под нахлынувшими эмоциями:

«Я должна показать это видео всем своим друзьям. Никто не поверит, что такой человек существует. И я бы тоже не поверила, если бы не увидела все своими глазами. Я слышала очень много певцов. Очень много. Но… вау».

Она подчеркивает, что дело не только в диапазоне:

«Он показывает весь голос в одной песне – как будто это прослушивание, и у тебя есть 90 секунд, чтобы выложиться. Но он дает больше. Он думает о смысле текста, о том, кто он в этой песне. Он рассказывает историю. Он может петь очень мощно, а потом резко сбавлять громкость. Это целое путешествие. Некоторые певцы поют громко все время – и это утомляет. А он умеет управлять динамикой».

Как такое возможно?

Особенно ее удивил «женский» регистр:

«Есть момент, где он уходит в сопрановый диапазон – яркий, колоратурный. Если бы я была в форме, я бы тоже смогла сходить туда. Это моя область, как у Мэрайи Кэри. Но сегодня я хриплю. А он просто берет и делает это. Для мужского голоса это почти невозможно. Чтобы это спеть, голосовые связки мужчины должны вибрировать невероятно быстро. Я не понимаю, как это физически возможно. Мне нужно изучить это».

Рэйчел подчеркивает: она могла понять контратеноровые ходы Димаша, но яркое колоратурное сопрано – это уже что-то запредельное.

«Я никогда раньше не слышала такого от певца-мужчины», – признается она.

Дальше – профессиональный восторг:

«Его контроль – космический. Около пяти разных скоростей вибрато на разных высотах. Иногда он берет ноту абсолютно чисто, а потом – ту же ноту, но с широким классическим вибрато. Это колоссальная техника – выбирать текстуру вибрато прямо в процессе песни».

Читайте по теме: Димаш Кудайберген довел испанку до слез

И тут срабатывает ее синестезия:

«Голос был как радуга. Сначала – темно-зеленый. Потом – желтый, золотой. А когда он перешел в колоратуру, это был взрыв золота – яркий, плотный, ослепительный».

Читайте по теме: «Недотянутые ноты, фальшь и прочие огрехи» — слушатели объяснили, почему любят и не любят Димаша Кудайбергена

Фраза, которая подводит итог:

«Я подумала: мне немного завидно, что я так не могу. Но я так рада, что в мире есть голос, способный на такое. Это эпично».

Ранее мы рассказывали, как британский педагог по вокалу Лолли Рен, автор популярного YouTube-канала The Fairy Voice Mother, посвятила отдельный разбор одной из новых работ Димаша – авторской композиции The Story of One Sky. Для нее это стало уже пятой реакцией на его творчество, но именно эта работа, по ее словам, оказалась особенной.