На нефть больше нельзя будет положиться: сможет ли казахстанская экономика выжить в новых реалиях

В январе Всемирный банк опубликовал свежий отчет Global Economic Prospects, в котором дал оценку состоянию мировой экономики и прогнозы на ближайшие годы – от США и Китая до стран Европы, России и Центральной Азии. Документ рисует картину «медленного мира», где рост сдержан, рисков больше, а привычные источники развития работают хуже, чем раньше. Особое внимание в отчете уделено странам с сырьевой экономикой, включая Казахстан, для которых ближайшие годы станут периодом непростых решений. Что все это означает именно для нашей страны – разбираем в сегодняшнем материале медиапортала Caravan.kz.

Мир вошел в «медленные двадцатые»

Всемирный банк констатирует парадокс: глобальная экономика оказалась неожиданно устойчивой к войнам, санкциям, торговым барьерам и инфляции, однако структурно она замедлилась. Рост мирового ВВП в 2025 году составил около 2,7 %, а в 2026-м ожидается 2,6 % – это один из самых слабых темпов за десятилетия. Экономика больше не «разгоняется» после кризиса, а движется на пониженной передаче.

Главная проблема – не рецессия, а долгая стагнация, которая не создает достаточно рабочих мест и не сокращает бедность.

Разрыв между богатыми и развивающимися странами увеличивается

Почти 90 % развитых экономик уже превысили допандемийный уровень доходов на душу населения. При этом более четверти развивающихся стран до сих пор беднее, чем в 2019 году.

Это означает, что рост больше не «поднимает всех». Большая часть глобального восстановления пришлась на США, ЕС и другие богатые экономики, тогда как развивающиеся страны, включая Центральную Азию, вынуждены догонять.

Казахстан: рост есть, но «запас хода» ограничен

Казахстан входит в регион Европы и Центральной Азии, где рост в 2025–2026 годах оценивается примерно в 2,4-2,7 %. Это умеренный, но не высокий показатель. Он говорит о стабильности, но не о прорыве. Для Казахстана это означает следующее:

• экономика продолжит расти, но без быстрого повышения уровня жизни;
• экспорт сырья больше не гарантирует ускорения роста;
• ключевой риск – зависимость от цен на нефть, которые Всемирный банк прогнозирует снижающимися в 2026 году (в среднем до около 60 долларов за баррель).

Для бюджета это тревожный сигнал: при падении нефтяных доходов пространство для социальных расходов и инфраструктурных проектов сужается.

Нефть дешевеет, торговля тормозит

Всемирный банк ожидает ослабления мирового спроса на энергоносители и избыток предложения на рынке нефти.

Для Казахстана это означает давление на экспортные доходы и тенге. Одновременно мировая торговля замедляется из-за тарифов и геополитики. Это особенно чувствительно для стран, завязанных на сырьевой экспорт и транзит.

Россия, Китай и США

Россия, ключевой торговый партнер Казахстана, по прогнозу Всемирного банка, будет расти менее чем на 1 % в год. Это означает слабый внешний спрос и ограниченные возможности для расширения торговли.

Китай замедляется с почти 5 % до 4,2-4,4 %, что снижает аппетит к сырью.

США выглядят устойчиво (около 2 % роста), но именно они остаются источником торговых конфликтов и тарифного давления, которое бьет по всему миру.

Центральная Азия

Регион Центральной Азии, включая Казахстан, сталкивается с ростом численности молодежи. Всемирный банк прямо указывает: без ускорения роста и инвестиций многие страны не смогут создать достаточно рабочих мест. Это риск социальной напряженности, особенно в городах.

Читайте также: Почему казахстанская экономика — якорь для Центральной Азии

Главный вывод для Казахстана

Прогноз Всемирного банка не звучит как приговор, но он четко обозначает границу: дальше по инерции ехать не получится. Казахстан входит в новый этап без острого кризиса, но и без прежней «подушки безопасности». Экономика держится, рост есть, однако он слишком умеренный, чтобы автоматически решать старые проблемы – от зависимости бюджета от нефти до нехватки качественных рабочих мест. Это та самая зона, где внешне все выглядит стабильно, но любое ухудшение условий может быстро проявить уязвимости.

Читайте также: Как курс тенге будет вести себя во второй половине января

Главный сигнал отчета в том, что нефть перестает быть универсальным спасательным кругом. Даже при относительно благоприятных ценах она больше не дает прежнего эффекта ускорения: доходы растут медленно, а расходы – быстрее. Бюджетные вливания, которые раньше сглаживали кризисы и поддерживали спрос, теперь работают хуже и все чаще упираются в ограничения – инфляцию, дефицит, давление на валюту. Это означает, что государству придется выбирать, а не просто тратить.

В этих условиях диверсификация перестает быть лозунгом и становится вопросом выживания модели роста. Речь идет не только о развитии промышленности или экспорта, но и о создании экономики, где деньги зарабатываются внутри страны, а не приходят извне через сырьевые циклы. Без роста инвестиций вне нефтегаза Казахстан рискует застрять в состоянии «медленного роста», который не дает обществу ощущения движения вперед.

Отдельный вызов – рынок труда. Рост ВВП сам по себе уже не гарантирует занятость и доходы. Молодое население, урбанизация и ожидания среднего класса требуют реальных рабочих мест, а не статистического роста. Если экономика не начнет создавать новые точки занятости, социальное давление будет расти даже при формально положительных макропоказателях.

В итоге главный выбор, который обозначает прогноз Всемирного банка, звучит жестко, но честно: либо Казахстан станет более гибкой, сложной и самостоятельной экономикой, либо останется зависимым от внешних циклов, которые он не контролирует. В «медленном мире» выигрывают не те, у кого больше ресурсов, а те, кто быстрее меняется. И именно скорость этих изменений в ближайшие годы станет ключевым фактором для страны.