Наоми Уоттс о принцессе Диане

Ты говорила, что никогда так не готовилась к роли, как в этот раз.

Да. Я читала книги, воспоминания, интервью, “гуглила” все, что можно, про Диану. Бегала по 45 минут каждое утро с айподом и слушала ее голос.

Ты играла многих реально существующих и исторических личностей, но в этот раз, кажется, роль особо сложна.

Так и есть…

Можешь объяснить почему?

У большинства людей есть ощущение, что они знали Диану лично, она была частью их жизни, у каждого свой образ. И нас сравнивают, ищут несоответствия… Всем этим ощущениям разных людей невозможно угодить. Но я очень полюбила эту роль, в том числе за возможность бороться с собственным страхом несоответствия. Я люблю сложности. Как только начались съемки, я забыла о страхах. Работа была удивительно интересной, сложнее всего было подстроиться под голос Дианы – он был очень необычным, аристократичным, но в то же время за счет интонаций, за счет того, как она говорила, Диана не казалась небожительницей и была понятна всем.

У тебя есть свои воспоминания о принцессе? Ты же англичанка…

Отлично помню день их с Чарльзом свадьбы, я долго сидела у телевизора, наблюдая за ней. Помню многое из новостей про Диану. Когда мне было 14, моя семья переехала в Австралию, там информации о королевской семье было меньше. Впрочем, даже там она была очень популярна, о принцессе не писали все газеты на первой полосе, но все же кое-какие заметки были.

У Дианы было много фанатов. Ты как знаменитость тоже испытываешь сложности, связанные с известностью?

В принципе я могу понять ее, наверное. В этом случае все было критично – Диану ни на секунду не оставляли толпы незнакомых людей, ее жизнь была очень усложнена этим фактом.

То есть тебя не достают папарацци?

Достают – когда выкрикивают мое имя со всех сторон на красной дорожке, и не знаешь, куда смотреть, кого слушать. Но это просто напряженная часть работы. Да, мне приходится объяснять детям, что у нас с папой (актер Лев Шрайбер. – Прим. ред.) такая работа – нас показывают по телевизору, и поэтому за нами ездят фотографы, нам уделяют много лишнего внимания. Я говорю мальчишкам, что работаю в кино, а фотографируют нас не потому, что мы симпатичнее или умнее, чем все остальные, а только из-за работы. Стараюсь не усложнять им жизнь.

Как думаешь, вы с Дианой похожи?

Меня всегда впечатляла история ее детства – сложный развод родителей, невозможность видеться с мамой. Она была очень тонкой натурой, хрупкой девушкой, пережившей много трудностей. Я понимаю ее, в моей семье тоже был сложный развод. Эта хрупкость, неуверенность мне тоже не чужда, как и любовь к бунтарству.

И ты, и Диана учились в школе-пансионате, может, поэтому так уважаете бунтарей?

(Смеется.) А что, возможно!

Диана была еще и фэшн-иконой своего времени. Как тебе ее костюмы?
Признаюсь, в детстве и юности я не очень интересовалась модой. Но даже я понимала, что у Дианы в отличие от остальных женщин в королевской семье были потрясающая фигура и удивительные платья.

А как мама двух сыновей ты сравниваешь себя с ней?

Да, конечно. Ужасно, что Диану с детьми разлучили. И было такое Рождество в ее жизни, которое она, мать двух маленьких сыновей, провела одна.

В ходе подготовки к съемкам ты узнала что-то новое о принцессе?

Я оценила ее чувство юмора – никогда не знала, что оно у нее было отличным.

Перед съемками ты общалась с людьми, знавшими принцессу лично?

Да, но я не могу назвать их имена.

С принцем Чарльзом?

Думаю, ответ на этот вопрос ты и так знаешь. (Смеется.) Вряд ли принц Чарльз когда-нибудь согласится на такой разговор.

В пресс-релизе говорится, что ты помнишь день смерти Дианы.

Хорошо помню детали того дня: в то время я работала над фильмом в Канаде, мы с друзьями были в ресторане, когда узнали, что Диана попала в автокатастрофу, Доди погиб. Я поднялась в свою комнату (дело было в отеле) и больше часа смотрела новости. Смерть Дианы меня шокировала, я была вне себя от ужаса и даже невольно громко говорила, несмотря на то что в соседней комнате спал ребенок.

Ты боишься, что фильм не понравится принцам – сыновьям Дианы?

Боюсь, разумеется. И надеюсь, что картина их не заденет и не покажется скандальной. Наша история не из тех, что очерняют героев.

Я знаю, что режиссер передал тебе духи леди Ди. Что это за аромат? Он помог в создании образа?
Это интересный штрих – название духов не помню, но аромат был цветочным, кажется, лилии. Такие мелкие детали приближают к более точной передаче образа: правильная походка, осанка, речь, форма бровей, одежда, парфюм. Узнать обстановку ее комнаты тоже было полезно. Знаешь, даже в 36 лет Диана любила мягкие игрушки!

Когда ты увидела себя в гриме, удивилась своему сходству с ней?

О, да. В жизни я совсем на Диану не похожа. Миллионы людей скажут, что я другого роста, у меня не тот нос, не те глаза, но я попытаюсь их не слушать.

Фильм – это история любви. Тебе тоже кажется, что роман, о котором идет речь, играл важную роль в жизни Дианы?

Любовь всегда играет очень важную роль в жизни – ты вдруг становишься одним целым с другим человеком. После неудачного брака Диана залечивала душевные раны и встретила человека – Хасната Хана, которого смогла полюбить. Она уважала его цели, работу, у них были общие интересы. Он вдохновлял ее, она вдохновляла его – я в этом уверена.

Мне кажется, все девочки хотят быть принцессами. К тебе тоже это относится?

Не помню, чтобы я мечтала об этом… Но я очень рада, что принцессой не стала, уж очень это сложно. Гораздо лучше я помню, как видела маму на сцене и мечтала стать актрисой. А потом перестала об этом думать – мы много переезжали, я меняла школы, было не до этого. Мечта стать актрисой вернулась только в юности, когда я уже была тинейджером и жила в Австралии.

Как ты думаешь, Диана считала себя красивой?

Не знаю. Наверное, считала, но она не была уверена в себе, это точно.

Тебе до сих пор интересна королевская семья?

Я англичанка, конечно, мне интересна королевская семья!