Поэтический спектакль хореографа-философа

Москва еще не пришла в себя после «Вишневого сада» шведа Матса Эка, а в афише Чеховского фестиваля новая сенсация — «Шепот цветов» Лин Хвай-мина. Снова Чехов, снова «Вишневый сад», но уже без слов — в танце.

«На этот спектакль меня вдохновила последняя сцена, когда вырубают вишневый сад, — признается хореограф Лин Хвай Мин. — Здесь нет истории чеховских персонажей. Спектакль не повествовательный , он поэтический».

Четыреста световых приборов. На монтаж всего два дня. Лин — мастер эффектных световых картин. Свет здесь на равных с движением. Еще будет шестиметровый зеркальный экран, отражающий движения танцовщиков и перспективу. Ассистент режиссера Джек Юан Шеен говорит: «Зеркальная стена высотой два с половиной и шесть метров в ширину монтируется с учетом света, чтобы из зала хорошо было видно мельчайшее отражение».

Несколько лет назад для своих спектаклей Лин Хвай-мин возил в Москву тонны риса, а сейчас привез ящики лепестков и волос. Свой «вишневый сад» Лин засыпал морем цветов, разумеется, искусственных. Под музыку Баха тайваньские танцовщики говорят о скоротечности красоты. «Цветы о многом могут рассказать. Когда мы смотрим на них весной, то их необычная красота соответствует настроению, но когда они увядают и опадают, мир вокруг нас меняется», говорит хореограф.

«Шепот цветов» — это не только прекрасная поэтическая метафора, но и провокационное сценическое решение Лин Хвай-мина. Миллионы лепестков буквально засыпят сцену, символ вечной весны, а потом человеческие волосы, символ увядания и конечности. Волосы, конечно, не настоящие. Их нашли в мастерской, где делают парики. Лин использует их во второй части спектакля. Волосы — символ сиюминутности мира. Идею того, что проходит все, подтверждает сам реквизит: каждые два спектакля волосы заменяют новыми.

Лин Хвай-мин говорит: «Вид человеческих волос вызывает очень неуютное ощущение. Они сами по себе практически не видны, но когда падают и ложатся на сцену возникает ощущение пуха. Когда танцоры идут, они вьются вокруг ног, мешая движению, создавая препятствие».

Если бы Лин был поэтом, то «Шепот цветов» уместился бы в трех строчках: увядание весны, схождение ночи, пустота. Хореограф и поэт, существующие в Лине, всегда находятся в диалоге, но иногда танец капитулирует перед поэзией.

«Язык танца не достаточно изящен, чтобы рассказать эту историю, это должна быть поэзия», — признается Лин Хвай-мин.

Никогда еще Чехов и восточная философия не были так близки. Первыми странный микс увидели на родине хореографа — в Тайване. Теперь на очереди Москва. Новый проект Лиин Хвай-мина – это специальный заказ Чеховского фестиваля.

Фото: apl385.com