ПАТРИАРХ ХОХМАН

Хохмана…

Премудростям футбола учился в Румынии

Аркадий Вольфович Хохман, чей 90-летний юбилей отмечали три года назад, в далекие 40-е играл за алма-атинское «Динамо», затем тренировал эту команду. Он был первым председателем Федерации футбола Казахской ССР. Вся жизнь Хохмана связана с Казахстаном и нашим футболом, хотя родился он на территории Молдавии.

— Родился я в 1915 году в Кишиневе, — вспоминает Аркадий Вольфович Хохман. — В то время этот город входил в состав царской России. Когда меня призвали в армию на действительную военную службу, я оказался в Румынии, где выступал за «Динамо» из Бухареста (по другим данным, в 1938-1940 гг. Хохман защищал цвета профессионального клуба второго дивизиона «Маккаби» из Бухареста. В столице Румынии вместе с группой именитых специалистов окончил тренерскую школу при Институте физического воспитания. Именно тогда Аркадий Вольфович вобрал в себя много черт европейского футбола, которые затем просматривались в его игре, тренерском мышлении. — Прим. авт.). О предвоенном футболе в памяти остались только самые хорошие воспоминания. Это были годы роста популярности этой игры во всем мире. Причем в развитии футбола преобладала его зрелищная сторона. После окончания службы я вернулся в родные края (в 1940 году после включения Бессарабии и Кишинева в состав СССР Хохман вернулся в родной город. Выступал за местное «Динамо», был играющим тренером. — Прим. авт.).

С Казахстаном по жизни

— Как вы оказались в Казахстане?

— Во время Великой Отечественной войны я служил в Харьковском пограничном училище, которое первое время дислоцировалось в Ташкенте, а затем было переведено в Алма-Ату (в 1944 году. — Прим. авт.). Играл и за ташкентское, и за алма-атинское «Динамо» (команду из Ташкента тренировал легендарный русский футболист Михаил Бутусов, под руководством которого она заняла первое место на Спартакиаде республик Средней Азии и Казахстана. — Прим. авт.). Эти команды показывали примерно одинаковые результаты. Я заслужил уважительное к себе отношение как со стороны узбекских, так и со стороны казахстанских властей. Об этом говорит высокая награда, которой меня удостоил Национальный олимпийский комитет Казахстана. Это вызывает чувство благодарности и удовлетворения.

— После войны вы решили остаться в Казахстане…

— Да. Я связал свою судьбу и жизнь с Алма-Атой. Сначала был футболистом, затем тренером. Вы знаете мою общественную работу: меня избрали председателем Федерации футбола КазССР, а затем и членом президиума Федерации футбола СССР.

— Вы сначала играли, а затем тренировали алма-атинское «Динамо». Кто из того поколения футболистов запомнился больше других?

— Я ко всем футболистам относился с равной степенью привязанности, никого не выделял. Перед каждым из игроков чувствовал ответственность за его воспитание, его футбольное мастерство. В Ташкенте со мной играли футболисты, которые затем выступали в ведущих клубах страны. В алма-атинском «Динамо» также были отличные игроки: братья Георгий и Константин Бедрицкие, Николай Писяуков и другие. После смены поколений в Казахстане появились новые футболисты: Тимур Сегизбаев, Сергей Квочкин, Куралбек Ордабаев, Сеильда Байшаков… Это футболисты уже кайратовской эпохи. Алма-атинское же «Динамо» было расформировано после того, как вышло постановление об упразднении всех динамовских коллективов, за исключением команд из Москвы, Киева и Тбилиси.

Николай Старостин: «Аркадий Вольфович — это потрясающий человек»

— Аркадий Вольфович, при вас закладывались традиции казахстанского футбола. У кого они перенимались?

— Не стал бы называть какой-то один источник, на который мы ориентировались. В 40-50-е годы по всему миру наблюдался настоящий футбольный бум. В то время ставка делалась на комбинационный стиль игры. Техничная, зрелищная, комбинационная игра — это было и мое кредо. Зрители приходили на стадион как на большой праздник. Таким тогда было отношение к футболу.

— В своей книге «Весна патриарха: дело братьев Старостиных» Николай Петрович Старостин так описывает знакомство с вами: «После Хабаровска — Казахстан, пожизненная ссылка. Прихожу на первую тренировку местных футболистов. Дождь. И вижу прелюбопытную картину — команда месит грязь, а в середине поля под зонтиком, в плаще и шляпе, в ботинках с галошами расхаживает тренер и дает указания. Это был Аркадий Вольфович Хохман, бывший центрфорвард сборной Румынии, который после окончания войны добровольно изъявил желание остаться в СССР. Это было одно из самых приятных знакомств в моей жизни. По кругозору и уровню интеллигентности Хохман выделялся среди наших тренеров, второго такого вряд ли отыщешь. Игроков он называл исключительно на «вы»: «Игорь, вот вы здесь сделали ошибку… Сергей, зачем вы туда побежали…». Слушать это было забавно, а эффект имело поразительный. Его авторитет был непререкаем. Во многом благодаря ему у меня появилось в Казахстане много друзей. Да и алма-атинский «Кайрат» с тех пор стал для меня командой почти родной».

— Николай Петрович Старостин, как интеллектуальный, грамотный человек, часто идеализировал людей, к которым относился с уважением и любовью. У нас с ним сложились очень теплые отношения. Его сначала сослали куда-то в Семипалатинск и только потом перевели в Алма-Ату. К сборной Румынии он меня приписал из хороших побуждений, хотя я за нее никогда не играл. При всем моем уважении к Старостину, к его памяти, он ошибся. Кстати, Николай Петрович, уже будучи в Москве, звонил мне, интересовался моим мнением об игре его «Спартака».

— А за какую команду вы болели?

— Знаете, я своеобразный болельщик. Всегда переживал за тех, с кем живу, работаю, кого почитаю. Моя деятельность распространялась на три республики — Молдавию, Узбекистан и Казахстан, где были свои футболисты-кумиры.

Жизнь — это движение

— Долгие годы вы возглавляли казахстанский футбол. Какой период в его истории считаете самым удачным?

— 1960 год, когда «Кайрат» был принят во всесоюзную высшую лигу. Алма-атинская команда получила возможность играть с московскими «Спартаком», «Динамо», ЦСКА, «Торпедо», киевским «Динамо», другими серьезными коллективами. После включения в высшую лигу советского футбола класс наших игроков стал расти, потому что, соперничая со слабыми конкурентами, никогда не вырастешь. В один ряд с включением «Кайрата» в высшую лигу поставлю и принятие казахстанского футбола в УЕФА.

— Вы никогда не жалели, что всю жизнь посвятили футболу, а не какой-нибудь другой деятельности?

— Нет. Я — счастливый человек. Даже когда меня постигали неудачи, я находил в этом удовлетворение. Просто каждое поражение надо уметь объяснить и принять меры, чтобы оно не повторилось.

— Как к вашей работе относились в семье?

— Моя жена поддерживала меня во всех начинаниях. Она видела, что футбол — это условие моего существования. Я любил футбол, любил общественность, и они отвечали мне тем же. Мое место всегда было там.

— Аркадий Вольфович, вы хотите, чтобы ваши внуки стали футболистами?

— Внуки — это любимые мои последователи. Они очень хорошие ребята. Младший наверняка будет играть в футбол. Старший тоже большой любитель спорта. Он сейчас живет в Израиле, но бросил все и примчался в Алматы на самолете, чтобы участвовать в моих юбилейных торжествах. Помимо двух внуков у меня есть и внучка, очень хорошая девочка. Я люблю всю свою семью и на ответные проявления любви с ее стороны жаловаться не могу.

— В чем секрет вашего долголетия?

— В подвижности.

На снимке: Аркадий Хохман крайний слева