Другой мир Тигра

В боксе для Василия агрессивность — путь к успеху. Это его работа. Даже краткого перечисления достижений Жирова достаточно, чтобы понять: с агрессивностью и умением бить у него все в порядке.

Жиров — особая страница в нашем спорте. В 1996-м он первым из казахстанских боксеров стал олимпийским чемпионом, на Играх в Атланте завладел призом лучшего участника — Кубком Вэла Баркера. Василий первым в постсоветский период казахстанского бокса завоевал на чемпионате мира медаль — бронзовую. Было это в 1993 году. Затем повторил этот успех и раньше всех стал призером двух мировых первенств подряд.

В профессиональном боксе он также стал первопроходцем. Жиров — единственный казахстанец, который становился чемпионом мира по одной из трех самых престижных версий — IBF, Международной боксерской федерации.

Семья Жирова — это жена-южанка Ребекка и два сына Джейкоб и Николас. Четырехлетие старшего в семье отмечали в сентябре. Младшему Николасу — год.

Дом Василия — в Америке, в Финиксе. Здесь он живет с конца 1996 года. С Ребеккой познакомился в начале 1997-го. В мае 1998-го Жиров в первый раз прилетел в Казахстан — в Алматы и Балхаш. Затем Ребекка была в Алматы в конце января — начале февраля 2001-го, когда ее муж выиграл бой за звание чемпиона мира.

Его дом — его крепость

— Василий, каков сейчас твой круг общения в Америке?

— У нас есть друзья-американцы. Еще встречаемся и общаемся с родственниками жены.

— Часто ли устраиваете различные встречи?

— Не сказал бы. Обычно выбираемся куда-нибудь во время уик-энда. Встречаемся, общаемся, спокойно проводим вместе время. Но, честно говоря, я стараюсь как можно больше времени уделять моей любимой семье — жене, детям. Хочу быть ближе к ним.

— Знаю, одно время ты был дружен с известным российским хоккеистом Данилом Марковым. И на день рождения Джейкоба он преподнес подарок со смыслом — большую мягкую игрушку, тигра. Поддерживаете ли сейчас отношения?

— После того как он перестал играть за «Финикс» и уехал в другой город, нити оборвались. Но я знаком и с другими хоккеистами. Просто несколько месяцев был очень занят. В достаточно короткий срок я провел три боя. Нужно было готовиться. Я поднимался в горы, в тренировочный лагерь. Времени для общения с кем-то не было. Тем более для меня самое главное — это семья…

Даже когда в моем соревновательном графике получается очень большая пауза, не скажу, что у меня много свободного времени. Все равно тренируюсь в обычном режиме. Стараюсь всегда быть в форме. Ведь проведение хорошего боя с сильным соперником нередко может зависеть от случая, стечения обстоятельств. Поэтому в моем привычном распорядке дня — тренировки, дом, семья, дети. Сыновья сейчас в таком возрасте, что они растут, можно сказать, не по дням, а по часам. Они каждый день делают для себя открытия, узнают что-то новое. Я ничего не хочу пропустить.

В одном из интервью «Каравану» и «НАШЕМУ СПОРТУ» Жиров сказал, что его старший сын Джейкоб перенес первую операцию, еще не родившись. Та беременность Ребекки протекала очень тяжело. Рождение первенца было под угрозой. Да и состояние самой Ребекки у врачей вызывало опасение. Жиров тогда отказался от боя, чтобы быть рядом с женой. К счастью, все обошлось. Роды прошли без осложнений. Ребекка и Василий знали, что будет мальчик, и заблаговременно решили, как его назовут.

— На долю нашего ребенка выпала операция, когда он еще не появился на свет. Все мы страшно переживали, — говорил Василий в интервью «Каравану», когда до рождения первенца оставались считанные дни. — Поэтому, когда все обошлось и стало ясно, что родится сын, мы стали думать, как его назвать. Нам хотелось, чтобы у сына было мужественное имя… Джейкоб, или Иаков — это библейский герой. Все испытания он переносил с твердым терпением и непоколебимой верой в Бога. И еще: несмотря ни на что, Иаков прожил 147 лет.

Кто хитрее, покажет время

Имена для обоих сыновей Василий выбирал такие, чтобы они были созвучны именам, привычным для нас. Джейкоб — Яков, Николас — Николай.

— Расскажи о Джейкобе.

— Растет. Все хорошо. Спасибо. Честно говоря, жалко, что я не могу видеть своих сыновей так часто, как я этого хочу. Нередко уезжаю, но когда приезжаю, я очень рад, что их вижу.

— Как тебя встречают сыновья?

— Они, радостные, с криками на меня бросаются. Мы играем, боремся. И Джейкоб, и Николас не отходят от меня ни на шаг.

— Приятно?

— Конечно, очень приятно. Дети — главное для меня. Они смысл моей жизни.

— Старший сын к младшему не ревнует?

— Мы с Ребеккой стараемся, чтобы они с любовью друг к другу относились. Все-таки братья… Друг к другу они относятся дружелюбно. У них есть свои секреты, они часто играют вместе. Любят бороться.

— А кто хитрее? Младший или старший?

— Это мы узнаем скоро. Они смышленые мальчишки, со своим взглядом на вещи.

Развиваются шустро. У них есть черты, которых нет у меня, у моей жены. Меня очень радует, что они начинают видеть жизнь своими глазами, а не только нашими.

— Какие черты характера Джейкоба начинают проявляться? К чему он тянется? Чему ты стараешься научить сына уже сейчас?

— Джейкоб спокойный. Но схватывает все на лету. Правда, бывают такие моменты, когда сын настолько нахватается всякой, порой совершенно ненужной информации, что у него голова начинает «съезжать». Дорогой, все, говорю, пошли чуть-чуть отдохнем. Идем гулять, бороться или играть.

Ребекка занялась с ним плаванием. Джейкобу сейчас четыре года. В таком возрасте он, естественно, сразу обращает внимание на игрушки, которые бренчат или что-нибудь делают. Довольно долго сохраняет интерес к машинкам.

Но я стараюсь его приучать к живым предметам. К собакам, кошкам, другим животным или птицам. У меня был попугай. Джейкоб с ним буквально разговаривал. Считаю, что это ему помогло по-другому взглянуть именно на живой мир.

Естественно, как и любого ребенка, Джейкоба надо направлять, объяснять ему, что хорошо, а что плохо. Сейчас это особенно важно, у него начинает формироваться мировоззрение. Но убежден, что это надо делать без какого-либо насилия над ребенком.

Главный советчик — сердце

Так сложилось, что лучший боксер Олимпийских игр 1996 года и чемпион мира среди профессионалов 1999-2003 годов, уроженец Балхаша Жиров уже почти десять лет живет в Финиксе. Сначала этот город был для Васи не больше, чем место работы. Потом стал домом.

— Василий, стал ли Финикс для тебя родным городом?

— Знаешь, первое, что я сделал, прилетев летом в Казахстан, — приехал в Балхаш. В Балхаше я родился и прожил большую часть своей жизни. Когда приехал, сразу сердце забилось по-другому. До сих пор у меня ностальгия по Балхашу. Я по-прежнему люблю этот город. Это мой город.

Я также увидел, как сильно изменился Алматы за те четыре года, что я здесь не был. Постоянно взгляд находил новые здания. Алматы выглядит сейчас ярче, современнее, богаче. Страна не стоит на месте. Она развивается. Особенно это бросается в глаза, когда приезжаешь после перерыва.

— Часто ли говоришь в Америке по-русски?

— Если честно, нет. Поэтому в первые дни во время приезда в Казахстан сами собой выскакивали английские слова. Бывало, запинался, замолкал, чтобы подобрать нужные слова. Чувствовал себя неловко, но уж ничего не поделаешь — жизнь вносит свои, порой самые неожиданные, коррективы.

— А что считаешь для себя самым важным в своей жизни?

— Я стараюсь сейчас и дальше буду жить, как мое сердце подскажет. Важнее оставаться человеком. Я сейчас занимаюсь самопознанием.

Турар Кельмагамбетов (фото)