Опубликовано: 3160

Решились на операцию? Ждите!

Решились на операцию? Ждите!

По данным статистики в Казахстане число больных, нуждающихся в операции на сердце, растет с каждым годом. При этом возможности отечественной кардиохирургии в настоящий момент ограничены.

О проблемах, связанных с операциями на сердце рассказал заведующий кардиологическим отделением Научного центра хирургии им. А.Н.Сызганова Арыстан Сейдаллин. Очередь за операцией В скромном кабинете заведующего кардиологическим отделением каждые пять минут раздавались телефонные звонки. Звонили врачи из разных уголков Казахстана и больные. Одни хотели направить в кардиологию своих пациентов, другие сами решились на операцию. Увы, с расстроенным видом всем просящим и требующим Арыстан Сейдаллин вынужден был отвечать одно и то же - отделение переполнено, мест нет. Таким образом, первый вопрос этого интервью возник сам собой. - Вам только что позвонили из нескольких областей, и вы отказали в приеме. Часто приходится отказывать? И насколько хватает возможностей вашего отделения для того, чтобы принимать всех нуждающихся? - Отказывать приходится часто, - говорит Арыстан Оскарович. И это больной вопрос в нашей работе. А насчет возможностей судите сами. Первая операция на сердце в Казахстане была проведена в 1958 году замечательным хирургом Сергиевским. Наш центр был открыт в 1960-м. За это время до сего дня было проведено более 16 тысяч операций на сердце. Если столько делать за год, то это покроет сегодняшнюю потребность в таких операциях по Казахстану. По нашим подсчетам в хирургическом вмешательстве нуждаются около 15 тысяч казахстанцев, страдающих от сердечных заболеваний. В нашем отделении всего 42 койко-места. В год мы делаем 400 операций, из них 300 с искусственным кровообращением, эти цифры для нас рекордные. Но если сравнить их с потребностью, сами видите - разница просто огромная. Правда, не так давно был открыт хирургический центр в Астане, который прекрасно оснащен. Но там еще меньше коек, чем у нас. Из-за ограниченных возможностей больные вынуждены стоять в очереди месяцами, а некоторые - годами. И это несмотря на то, что вопрос с нехваткой кадров мы в основном решили. Делать больше не позволяет бедность - Получается, что нехватка койко-мест, фактически ставит на карту здоровье и жизнь больных? - Это не совсем так. Допустим, вы дождались вашей очереди и попали к нам в отделение, но тут вы запросто можете столкнуться с тем, что в данный момент для проведения вашей операции нет комплекта необходимого оборудования. Для каждой операции требуется отдельный комплект, состоящий из аксидинатора, электродов, проволоки, протомина, артериального датчика, комплекта магистралей и т.д. Эти комплекты одноразовые, а от Минздрава в этом году мы не получили ни одного комплекта. Это оборудование к тому же не такое уж дешевое. Например, аксидинатор, который на дистрибьютерской фирме в России можно купить за 400-600 долларов, у нас с рук продается за 1000 долларов, да и то поискать придется. В этом году мы провели 70 операций на оборудовании, купленном самими больными. Это еще не полная картина дефицита. У нас не хватает дыхательной аппаратуры для вентиляции легких, кабелей, следящей аппаратуры. Если бы всего хватало, то можно было бы делать не 8 операций в неделю, а по 4 в день! - Как эту ситуацию комментируют в Минздраве? - Никак не комментируют. Даже, если прямо сегодня объявят тендер на закупку оборудования, то получить его мы сможем только в ноябре. Кстати, из-за треклятого дефицита мы в нашем центре могли бы, но не оперируем грудных младенцев весом до 10 килограммов. Для этого нужно специальное оборудование - аппарат искусственного дыхания и искусственного кровообращения, кувезы и специальный, более тонкий инструментарий. Вообще мы многое могли бы делать, так как технически наши врачи достаточно хорошо подготовлены. С профессионализмом все в порядке Часто приходится слышать расхожую точку зрения - если понадобилась операция, ехать нужно в Россию, а если хватает денег, то и в Европу. - Нужно ли? Насколько профессиональны отечественные кардиохирурги и сколько стоит у нас операция на сердце? - Наши специалисты достаточно хорошо подготовлены. Мы часто выезжаем на стажировки за границу. Побывали в Америке, Саудовской Аравии, Италии, Австрии, Польше. К нам тоже приезжают коллеги. Не так давно были французы, до них поляки и японцы. В частности, японцы выделили нам грант на 80 тысяч долларов на покупку инструментария. Делегация японцев вместе с послом Японии в Казахстане были у нас и удивлялись, как мы в таких скромных условиях делаем свою работу. Один японец сказал, что, если иностранного врача переместить в наши условия, он откажется работать и не постесняется расписаться в своем полном бессилии. На самом деле мне, до того как встать к операционному столу приходится решать столько хозяйственных и организационных дел, что у стола я просто отдыхаю, получая удовольствие от того, что занимаюсь любимым делом. А операции у нас делают бесплатно по квоте, предусмотренной Минздравом РК. - Какой спектр операций проводится на сегодняшний день в вашем отделении? - Мы проводим операции приобретенных пороков в полном объеме. Убираем тромбы, устанавливаем нормальные размеры полостей. Кстати, иностранные специалисты удивляются и такому количеству больных с запущенными заболеваниями и мастерству наших хирургов. Они подобным опытом операций не обладают. Делаем операции при ишемической болезни сердца и оперируем запущенные ревматические пороки. Оперируем легочную гипертензию. Делаем как в России и ангиопластику и аортокоронарные шунтирования. Ангиопластики сделали - 25, аортокоронарных шунтирований - 150. Беремся мы оперировать и тетрадофало - сложнейший врожденный порок сердца, в котором сочетаются сразу четыре порока. У них и у нас - Если у больного сложная форма заболевания, посоветуете ли вы ему, совершить чудо - достать большую сумму денег, поехать в Европу и прооперироваться там? - Человек сам хозяин своему здоровью, желает, имеет 20-40 тысяч долларов, пусть едет. Но, хочу заметить, что некоторые кардиоцентры, к примеру, во Франции не берутся оперировать отдельные сложные заболевания, когда есть шанс, что операция закончится летальным исходом. Не хотят портить свой имидж, стремятся снизить процент смертности до минимума. В том числе т таким путем. - А каков процент летальных исходов у нас в Казахстане по сравнению, скажем, с российскими клиниками? - По тяжести заболеваний наших больных можно сравнить только с пациентами Новосибирского кардиоцентра, где специализируются по тяжелым заболеваниям. А у нас в центре все с тяжелыми заболеваниями. Если сравнивать процент летальных исходов при ишимической болезни, то и у нас и в Новосибирске одинаковый результат - 11%. По тетрадофало - 28,5 % - это тот самый диагноз, при котором вообще могут отказаться делать операцию в европейской клинике, чтобы не портить репутацию. Если говорить, в общем, то с Россией у нас приблизительно одинаковые данные в этом плане. Однако тут нужно учитывать, что казахстанцы варварски относятся к своему здоровью и к нам поступают с очень запущенными формами заболеваний. К сожалению, наши терапевты, да и кардиологи на местах - в областных и районных поликлиниках дают направление на операцию только, когда у человека уже случился инфаркт и порой не один. Я считаю, что отправлять больного на коронографию нужно так же, как на УЗИ или ЭКГ. Увы, большинство казахстанцев даже не знают, что такое коронография - отсюда и запущенные формы сердечных заболеваний. Отношение к своему сердцу нужно в корне менять, ведь сердце - не мотор, взятый в аренду...
Загрузка...