Опубликовано: 933

Охотники за лавинами

Охотники за лавинами

Почему в двадцать первом веке, когда придумана масса оборудования, техники, прогнозных методик и средств для оповещения, люди продолжают гибнуть под лавинами?

Последние происшествия на популярной у алматинцев и иностранных гостей горнолыжной базе Шымбулак в Казахстане и в Кировске рядом с российским Мурманском дают очень простой ответ на этот вопрос. Русское "авось", видимо, имеет аналогичный термин в других языках, а само наплевательское отношение к собственному здоровью, покою близких, затратам государственных и частных служб по спасению существует не только на просторах СНГ. В Швейцарских Альпах, сколько бы ни говорили там о безопасности, и ни применяли современных методов спуска лавин, люди гибнут ежегодно. В 2000 году на местных горнолыжных курортах за два-три февральских дня погибло 15 человек. В 1999 году под лавинами оказались погребены 33 горнолыжника в Швейцарии и 12 в Италии. Обычная ситуация: лавины сходят после мощного снегопада и последовавшего за ним резкого потепления. Коварный снег уносит жизни людей и бывает такой силы, что сносит опоры высоковольтных линий. Счет жертв белого проклятия, как называют еще это природное явление, растет. В прошедшую субботу он дополнился погибшим работником канатки Шымбулака, в этот вторник - двумя погибшими на необорудованной горнолыжной базе в горах Айкур-Айвенчер в ста пятидесяти километрах от Мурманска. Итак, Шымбулак. Знаменитое культовое место. С его именем и с названием катка Медео ассоциируется Казахстан и его южная столица. Многие гости приезжают в страну только для того, чтобы подняться на базу и под горным солнцем выплеснуть на экстремальных трассах адреналин. Здесь катаются президенты, космонавты, дипломаты. Здесь катаются дети. И на этой популярной базе нет своей снеголавинной службы, своего спасательного отряда, какие имеют в каждом уважающем себя горнолыжном курорте Европы. Постперестроечный развал, конечно, не давал заняться всеми этими проблемами, но сейчас, кажется, уже давно пришло для этого время. Однако одни зарабатывают деньги, другие - тратят с риском для собственной жизни. Показательна последняя ситуация на Шымбулаке. Казгидромет давал прогноз, и было предупреждение о лавиноопасности в горах, но люди его не захотели услышать. Правда, в не такие уж далекие советские времена кроме устных предупреждений была еще одна, более решительная мера: руководитель снеголавинной станции просто звонил директору канатной дороги и говорил: сегодня закрывайтесь. И даже если отчаянные смельчаки прорывались на горный курорт в непогоду, пользоваться его услугами уже не могли. Сейчас другое время, и такого взаимодействия нет. Специалисты спасательных служб сетуют на то, что владельцы базы думают только о прибыли. Так было и в эту субботу. Накануне весна сменилась зимой, был обильный снегопад. А в субботу наступила жара. Снег стал неустойчивым, в такие моменты бывает достаточно одному лыжнику проехать по склону, перерезав гору, и снежный покров срывается с места, унося все живое. В час дня лавина обрушилась по трассе, где проходит канатка. Ее не назовешь маленькой - вниз обрушилось десять-пятнадцать тысяч кубометров снежной массы, образовался слой пяти-десятиметровой глубины на площади восьми гектаров. Часть людей сидели в ее креслах, их буквально выбросило с мест, один из них, казахстанец, зацепился и повис головой вниз. Пять человек оказались под снежной массой. Четверым повезло, завалило несильно, они смогли сразу выбраться и отделались тяжелым испугом. Пятый, работник канатной дороги, погиб, позже его тело нашли спасатели. Кстати, больше всего в таких ситуациях страдают работники спасательных служб. В субботу, воскресенье и понедельник они искали тела предположительно еще трех пострадавших. Работы, правда, велись не постоянно, поскольку штормовое предупреждение никто не отменял, и возможны были сходы новых лавин. Специалисты говорят, что неделей раньше одна лавина в этих местах уже сошла, пострадал сноубордист, но остался жив. Если бы после этого "звонка" были проведены профилактические спуски, возможно происшествия бы не было. Но вместо пяти противолавинных станций, когда-то работавших в регионе, теперь остались лишь две. И спуски проводят реже, к тому же не сразу после объявления лавиноопасной ситуации, а через несколько дней. В "Казселезащите" объясняют это тем, что опасаются за жизни взрывников. Три года назад был случай, когда два лавинщика взрывали опасный участок, и один из них, шедший без страховки, "сдвинул" снежную массу. Первый, подстраховавшийся, остался жив, второй - погиб. В "Казселезащите" думают о новых, более современных способах профилактики, но пока пользуются старыми, таская взрывчатку на себе. Поэтому за один день сбрасывают лишь одну лавину, тогда как на современных европейских базах это делается оперативно и на всей опасной площади. У нас работы растягиваются на неделю, и спортсмены, горнолыжники, отдыхающие уже отправляются в горы, думая, что опасное время прошло. На зарубежных горнолыжных базах владельцы содержат штат спасателей и снеголавинную службу. Появилась опасность схода лавин - и специалисты за день проводят профилактические спуски на всех опасных участках. У нас частные структуры не хотя вкладывать средства в обеспечение безопасности, а государственные структуры не имеют пока возможности. Хотя на двух снеголавинных станциях в районе Большого Алматинского озера и Талгарского перевала ведут мониторинг, и именно благодаря этому появляются предупреждения об опасности. Лыжный сезон в горах Заилийского Алатау долог - от ноября до мая. Тысячи людей отдыхают в это время в горах. Появляется все больше нового спортивного оборудования и техники. Молодежь рассекает снежное полотно на сноубордах и снежных мотоциклах. Лыжников забрасывают выше в горы на вертолетах и, высадившись там, они спускаются вниз по длинной трассе. Перенимая новомодные штучки, мы ничего не меняем в системе безопасности, вернее, в ее отсутствии. По радио на горном курорте звучит чаще музыка, чем инструктажи и предупреждения. Лыжники экономят на экипировке, не применяя ни горнолыжного "мобильного" (их еще называют маячками, телефон, который пищит, когда хозяин в опасности). Нет на базе и своих спасателей. Городские или республиканские могут сюда прибыть максимум через час, еще позже подоспеет скорая помощь: горная трасса - не асфальт. Вот причины того, что в случае схода лавины на западных горнолыжных курортах спасают три четверти попавших под снежный завал людей, а у нас, наоборот, три четверти погибают. Как известно, спасти попавшего под такую снежную массу можно только в первые двадцать минут. Потом человек задыхается от недостатка кислорода. В этом году близ Алматы уже погибла одна супружеская пара. Муж и жена, оставив машину у сторожки, зашли в лес, и, по всей видимости, наступили на козырек. Когда их нашли, можно было представить, как все происходило. Женщина, видимо, погибла сразу, мужчина смог доползти до нее и пытался освободить ее лицо от снега. Но и он вскоре умер. Горы не прощают небрежного к ним отношения. Давно спасатели говорят о том, что уходя в горы, отдыхающие должны брать с собой телефоны и отмечаться у дежурных, называя время возможного возвращения и номера своих телефонов. Тогда даже в случае несчастья у спасателей была бы более полная информация. До сих пор неизвестно, сколько в тот субботний день было на Шымбулаке горнолыжников. Может быть, последний случай все-таки заставит власти обратить внимание на проблемы безопасности в горах. Кроме известного горнолыжного курорта, появляются в предгорьях Алматы свежие канатные дороги. И даже новые, с вип-номерами, различными услугами и развлечениями, строятся без учета лавиноопасности. Между тем, южная столица претендует на проведение у себя в 2014 году Белой олимпиады. Вряд ли ЧП, подобные субботнему, привлекут сюда туристов и спортсменов. В эпоху стихийных бедствий и техногенных катастроф безопасность становится главным аргументом при выборе мест для международных соревнований.
Загрузка...