Опубликовано: 637

Квартирный вопрос

Михаил Афанасьевич, бессмертная ваша фраза не стыдит уже их. Раньше, возможно, но теперь у них есть квартиры…

Пусть они кривят губы ухмылкой и высоким тоном превосходства интересуются равнодушно: "Кому ты что докажешь, дурак?". Дурак - это я, тоска не может быть пафосной, а Милан Кундера крепко выразился "… история прощает все, поэтому все деяния изначально циничны". Невыносима эта легкость бытия, невыносима ее плотность, когда слишком много людей на один крохотный квадратный метр. Я совсем недолго жил в коммуналке, но хватит навсегда: позабыв какой-то факт из собственной биографии, я стучался в любую дверь. Память освежали настолько, что их немедленно хотелось забыть - опознанные соседом факты из собственной биографии... Я шалел от звона общеэтажного телефона и ни разу не подошел: все равно не мне. Так он и орал никому целыми днями. Я восторженно думал, что за стенкой живет обученный бить баклуши козел и горько разочаровался, когда его с супругой выгнали за неуплату. Я не увеличил процент сумасшедших только потому, что здание пошло под снос. Я вдыхал раздробленную пыльцу стен и не прогонял навязчивую, постоянную, ежесекундную мысль-мечту о собственном жилье. Я дважды ограбил банк, выиграл в "Бинго" и лото "5 из 36", получил нежданное наследство, нашел "золото партии" и стал фальшивомонетчиком. Я грезил до тех пор, пока не умерла однокашница, и не свезли в дом скорби мою лучшую приятельницу. Теперь я зря прошу прощенья у своих мертвецов, а с живой мне стыдно разговаривать. Я знаю, что начну ее утешать, бесполезно и поздно. Вот их истории. История первая Катька умерла в день своего двадцать пятого рождения. К ней никто не пришел ни по той, ни по другой причине, потому что с класса шестого она стала часто пропускать занятия и очень скоро отдалилась от нас. Только потому, что мы жили в одном дворе, я слышал иногда о хроническом ее несчастье: отец умер, отравившись паленой водкой, мать пропила все до последней вилки-ложки и торговала теперь дочерью. В шестнадцать Катька родила девочку, в восемнадцать вступила в права наследования отцовской квартирой. Сначала объявилась двоюродная сестра, чуть позже - папаша ее дочери, обещали помочь материально, морально и физически, только, условие - Катька должна была их прописать. Добрая доверчивая Катька так и сделала, а ее заставили продать квартиру, имели полное юридическое право получить свою долю от вырученных средств. Ей самой только и хватило на убогую землянку. Потом она два года беспробудно пила и за два месяца растаяла от рака кишечника. В день ее рождения и похорон пришли двоюродная сестра, папаши дочери и пьяная мать. Они не нашли документов на квартиру и отказались забирать тело из морга. История вторая Приятельница моя превзошла любого из англичанин, так тихо ушла. Мы недоумевали друг у друга - куда она пропала: сотка не отвечает, мать и сестра односложно отвечают: "уехала", в университете знают не больше нашего. Ну и ладно, мы скоренько восполнили образовавшийся пробел в компании и забыли. Через полтора года я не узнал приятельницу, когда встретил: стройную и очень красивую девушку из недавнего прошлого заменила девяностокилограммовая бесцветная особа. Родной отец упрятал ее в психушку, укрощал таким образом строптивый норов дочери. Он - алкоголик и как-то, в минуту редкой трезвости, написал дарственную, все как нужно оформил и со спокойной совестью ушел в многолетний запой. Дочь платила за квартплату, покупала ему продукты и никогда не оставляла деньги на горькую. Зато в его жажде быстро разобрались бравые джигиты, заприметившие горе-работника на Сейфуллина. Посулили ему литров золотых немереных, и подписал он исковое заявление на обожаемую дочь. Я видел эту писульку. Проститутка, наркоманка, чьи мужики, как минимум, дважды в день избивали отца, тускло сидела рядышком и не хотела, чтобы я заговорил. Она уже знала, что я буду возмущаться. Если эти повествования кому-то ни о чем, не масштабны и придуманы, значит, история вас простит. Я не судья, я не Бродский, который душу надрывал "советом": "Остается одно: по земле проходить бестревожно, Невозможно отстать. Обгонять - только это возможно". Я всего лишь дурак с никчемными воззваниями: "звери человечнее нас!", да "нельзя же так, братцы!". Не слушайте дурака, ума не прибавится, а репутацию запятнаете…
Загрузка...