Почему российские теннисисты массово сбегают в Казахстан - СМИ РФ

 

Мотивация, которая привлекает игроков в Казахстан, очень простая и все эти годы не меняется: федерация предлагает оплату всех расходов на перелеты, команду, проживание и вообще все, что может потребоваться, — подчеркивает автор и уточняет: президент казахстанской федерации тенниса Булат Утемуратов еще говорил, что существует система бонусов за достижения. А также проходила неофициальная информация, что все игроки получают ежемесячную стипендию – минимум 5000 долларов (Утемуратов это опровергал).

Автор публикации Павел Ниткин отметил, что стратегия Казахстана и выбор игроков со временем немного менялись. "На первом этапе они приглашали не топовых, но более-менее состоявшихся и опытных теннисистов. Утемуратов в 2012-м объяснял «Советскому спорту»: «Мы не воровали ваши таланты. Те ребята и девушки, что согласились выступать за Казахстан, никогда бы не попали в первые сборные России. На тот момент у них вообще не было возможности нормально тренироваться. Все признают – без поддержки Казахстана у этих теннисистов никогда бы не было таких успехов, которых они достигли».

А успехи у первого поколения переехавших были серьезные: Шведова выиграла «Уимблдон» и US Open в паре, Голубев – турнир ATP 500 в Гамбурге, а Кукушкин победил в Санкт-Петербурге. Шведова, недавно ставшая капитаном сборной в Кубке Федерации, позже объясняла: «Казахстан очень сильно мне помог, и если бы не эта поддержка, я бы, возможно, не выиграла бы многие турниры. Это не только мои победы, но и всего Казахстана, за что я благодарна».

Примечательно, что в последние годы между федерациями тенниса России и Казахстана действует специальное соглашение, и все переходы согласовывают. И сейчас Казахстан сосредотачивается на молодых игроках, которые только начинают показывать серьезные результаты. Например, Бублика позвали прямо на Кубке Кремля, где он впервые прошел круг на уровне ATP и добрался до четвертьфинала, а Рыбакину – через несколько месяцев после первой победы на турнире ITF.

Рыбакина говорила, что, если бы была возможность, она бы спортивное гражданство менять не стала, а Бублик после перехода аргументировал: «В прошлом году даже на турниры, проходившие в России, я вынужден был ездить в одиночестве. Сейчас же я могу в Австралию приехать с семьей и тренером, а предсезонные сборы провести с целой командой в Майами. Разница просто колоссальная, и не только в деньгах. Мне предоставили прекрасные условия для тренировок и развития. Изменился подход: теперь людям до меня есть дело. У меня сейчас есть все, что нужно».

До многих теннисистов ФТР не было дела, потому что у нее просто нет денег. «Отсутствие возможностей заставляет нас переходить на работу, как мы работали в Советском Союзе – готовить единицы. Мы ведь спортсменов никому не отдаем, они уходят сами», – рассуждал Тарпищев в 2013-м.

С юниорами еще помогает Фонд Ельцина, который каждый год выделяет 12 юношам и 12 девушкам стипендии – их получали, например, все нынешние звезды: Медведев, Хачанов, Рублев, Касаткина. С профессионалами намного сложнее.

"При этом обвинять федерацию в том, что игроки уходят, на самом деле трудно – особенно с учетом того, что в России не перестали появляться элитные теннисисты (правда, вклад ФТР в их появление сомнительный). Случай с Рыбакиной далеко не первый. Как справиться с этой тенденцией, мы не знаем". — констатирует автор и добавляет : "И от этого незнания очень грустно."