Пара чемпионов

Хотя спортивные сражения для чемпионов мира и Европы окончены, Мария Петрова и Алексей Тихонов продолжают оставаться на виду — будь то участие в ледовых шоу на телевидении или съемки в сериале. В том числе благодаря им народ хлынул на лед.

В Алматы Алексей был впервые, а Маша во второй раз: фигуристка вспомнила, как в далеком юношестве проходила сборы на Шымбулаке. Теперь же пара сама руководит сборами — в эти дни в комплексе «Ак-Булак» тренирует юных казахстанских фигуристов.

Пришло время уйти

— Вы не хотели вернуться в спорт, как ваши китайские коллеги Хонгбо Джао и Сю Шень?

М.: У нас уже была такая попытка. после Олимпийских игр в Турине мы хотели закончить, но наша страна попросила покататься еще, и мы выступали год, который не планировали. Просто так получилось в силу обстоятельств — надо было помочь стране, потому что ушли все сильные ребята. Сейчас требования с каждым годом растут, если ты пропустил пару сезонов, то очень сложно догонять. А у нас уже возраст не такой…

— Значит, увидеть вас на Олимпиаде в Сочи у поклонников нет шансов?

А.: В качестве участников — нет (улыбается). Мы закончили свою спортивную карьеру. Пришло время. Нужно идти дальше, делать что-то новое. Одно из направлений — в качестве тренеров. А в Сочи мы обязательно приедеМ.: Сейчас еще будем интересоваться Олимпиадой в Ванкувере. У нас будет еще четыре года, чтобы кого-то воспитать и помочь.

— А в каком возрасте фигурист считается ветераном?

М.: Ты это сам почувствуешь. Например, если ты с детских лет состоишь в сборной, выступаешь на турнирах, у тебя огромный стаж, то это большая нагрузка на эмоциональное состояние человека.

Конкуренция? Очень хорошо!

— Вы выступали в одно время с парами Бережная — Сихарулидзе, Тотьмянина — Маринин. Была ли конкуренция между вами внутри сборной?

М.: Конкуренция у нас была только на льду, потому что мы спортсмены. А в жизни зачем нам это? И им, и нам хотелось быть лучшими — это нормальная, я бы сказала, нужная ситуация для спорта. И хорошо, что в нашей стране было столько сильных пар и мы могли конкурировать.

— Порой было жалко, что первое место в парном катании всего одно…

М.: О, это спорт!

— Переживали, завоевывая медали не высшего достоинства? Были ли слезы, нервные срывы?

М.: Слез, наверное, не было, мы взрослые люди, все понимали, работали, хотели кататься. А самое главное, что у нас было желание выходить на лед, нас поддерживало много болельщиков.

А.: Но обидно было.

— Российские комментаторы частенько говорили, что вашу пару засуживают. Вы на себе это ощущали, судьи действительно к вам были необъективны?

М.: Постоянно не могло быть такого — это чересчур. Но иногда были такие моменты. Конечно, очень обидно. Когда ты допустил ошибку, хоть понимаешь, что виноват.

— Самый обидный проигрыш можете припомнить?

М.: Наверное, это было на чемпионате мира в Калгари после Олимпийских игр в 2006 году. Честно говоря, мы лучше всех откатали произвольную программу и должны были выиграть, но оказались только третьими…

Чемпионские коньки — только в хорошие руки!

— Вы «сапожники с сапогами»? Сколько пар коньков у вас имеется «на душу»?

М.: «На душу», конечно, одна пара, на которой мы катаемся. Мы не можем каждый день вставать на новые ботинки. Они такие жесткие, к ним привыкать надо.

А.: У меня на данный момент две пары. Достаточно поношенные. Одну из них я привез в Алматы, вторые лежат в Москве. И есть третьи — абсолютно новые, они еще даже без лезвия, надо на них вставать, потому что старенькие уже разболтались.

М.: Раньше про запас у нас никогда не было коньков. Каждый сезон мы покупали новые, чтобы было по ноге удобно. После того, как закончили спортивную карьеру, мы их не один сезон носим, а целых три.

А.: А старые мы передаем, если нас просят наши тренеры или кто-то согласен воспользоваться такой помощью. Потому что коньки очень дорогие, не все могут себе позволить их купить.

— С Людмилой Великовой (тренер Петровой и Тихонова. — Прим. авт.) до сих пор общаетесь?

М.: Да, конечно!

А.: Они работают, тренируют, у них молодые парочки есть, чемпионов пока нет.

Небо и земля

— Можно ли сравнить по накалу, переживаниям то, что вы делали в телевизионном проекте, с тем, что было в реальном спорте?

А.: Физически — нет, эмоционально — в какой-то степени похоже. Катание наше в проекте и на чемпионатах — небо и земля. Технически — это пропасть: что люди делали в проекте и то, что выполняют фигуристы на турнирах. Но, с другой стороны, идет огромная популяризация фигурного катания, и тут наши звезды догоняют спортсменов. Они возбуждают громадные положительные эмоции, чтобы дети шли в фигурное катание, это здорово.

— Вы занимались парным катанием, а все телевизионные проекты с вашим участием, скорее, относятся к спортивным танцам…

М.: Действительно, между парами и танцами есть разница, но не в плане обучения. Это, как ребенка обучать кататься на коньках — надо начинать с нуля. Нужно найти подход к человеку, заинтересовать его. Никому не было легко, скорее, всем было тяжело.

А.: Было интересно, но местами очень сложно. Потому что фигурное катание технически все же сложный вид спортА.: То, что звезды делают, они делают благодаря нам, мы их держали, практически носили на руках. Они учились, они падали, вставали и шли дальше.

М.: Еще очень сложно преодолеть свой страх, они никогда не выступали на коньках, представляете, при зрителях, когда вас будут смотреть не в одной стране мира. А перекатывать не разрешают. Нужно грамотно настроить человека, мы-то не раз выступали на арене перед публикой. А они в таком качестве на лед не выходили никогдА.:

Со звездами — как с детьми

— Вы замечаете, что сейчас в России большая мода на фигурное катание?

М.: Я думаю, во многих странах растет популярность фигурного катания, но в России, наверное, больше. У нас было какое-то затишье, потом благодаря проектам, но в первую очередь благодаря Олимпийским играм в Турине, где наши фигуристы выиграли три олимпийские золотые медали, дети стали проситься на каток, стали заниматься фигурным катаниеМ.: Это опять стало интересно, стало транслироваться по ТВ, оказалось у всех на виду!

А.: Те проекты, которые есть, — «Звезды на льду», «Ледниковый период», где мы учим актеров, музыкантов, ведущих кататься на коньках, очень хорошо действуют, и людям интересно, как за такое короткое время они обучаются? Опуская подробности, для нас это тоже тренерский опыт, общение. С ними, как с детьми, приходится объяснять, куда руку, ногу ставить. Если люди смотрят, им интересно, значит, придут новые мальчишки и девчонки в школу фигурного катания либо в другие виды спорта!