Наша ущербность - от бедности

В таких условиях работать просто нельзя

Геннадий Паршин приводил сборную Советского Союза к победе на Играх доброй воли 1986 года, а также к серебряным медалям чемпионата мира-86 и Олимпиады-88. Максималист Паршин вернулся в Казахстан не только для того, чтобы тренировать сборную. Его цель — создать волейбольную инфраструктуру, которая помогала бы давать стабильные высокие результаты на протяжении многих лет. В настоящий момент вместе с мужской сборной Казахстана Геннадий Васильевич находится в Турции. Там наша команда проводит заключительный сбор перед стартующим 28 августа в Японии решающим этапом отборочного цикла чемпионата мира-2010.

— Мы запланировали девять сборов, но проводим только третий, — рассказал нам главный тренер мужской сборной Казахстана по волейболу Геннадий Паршин. — Причина — отсутствие финансирования. Сильные спонсоры, которые были раньше, ушли. В последний момент ищем человека, который купит билеты, оплатит сборы. Меня это шокирует.

— Не привыкли работать в таких условиях?

— В таких условиях работать просто нельзя. У нас один менеджер и в клубе, и в женской, и в мужской сборной, и в пляжном волейболе. В одиночку он не в состоянии закрыть все вопросы, поэтому надо самому все контролировать. Я уже забыл, когда в последний раз приходил в зал и с нормальной, ясной головой проводил тренировки. Только на выездных сборах удается поработать. Каждый должен заниматься своим делом: тренер — тренировать, администратор — выполнять администраторские функции, спонсор — спонсировать и т.д. Если этого нет, то ставить высокие задачи бессмысленно.

Я вынужден рисковать

— Уже который год сборная Казахстана играет практически одним и тем же составом. Как обстоят дела с ближайшим резервом?

— Главная проблема в том, что у нас 15 лет не было международных соревнований для молодежных и юношеских команд. Для формирования команд на чемпионаты Азии, которые пройдут в следующем году, я собрал все лучшее, что есть в Казахстане. Перед Кубком Президента в Усть-Каменогорске мы провели сбор, где я проверил их техническую подготовку. 6-7 ребят отобрали для работы с первой сборной. Двоих из них я подключаю к матчам за национальную команду. Это связующий Сергей Кузнецов (1993 год рождения, рост 195 см) с хорошей ясной головой и 16-летний диагональный Виталий Эрдштейн, 205 см… Я вынужден рисковать, потому что замены игрокам сборной сейчас нет, и они сами об этом знают. Нужно смотреть правде в глаза: люди, у которых нет конкуренции, неадекватны в своем поведении. От них можно отказаться, но только заменить их пока некем. Если на чемпионат мира повезти того же Эрдштейна, который никогда за рубежом не играл, и выставить его против изощренных соперников, то мы его можем просто сломать психологически. Для подготовки бойцов надо создать определенные условия за счет инфраструктуры.

Все свои требования для каждой из национальных команд я изложил в программе. В основе всего лежит выполнение тех требований, которые позволят готовить из своих перспективных игроков мастеров международного уровня. Последние годы политика была такой: покупали готовых игроков, делали им казахстанский паспорт, и они играли за нашу сборную. Теперь такой возможности нет. Международная федерация волейбола (FIVB) тех игроков, что решили поменять гражданство, сначала сажает на двухлетний карантин, а затем еще год рассматривает возможность их выступления за сборную новой страны. За эти три года можно в Казахстане подготовить хороших волейболистов. В этом я вижу свою главную задачу.

Три дня занятий — 18 тысяч долларов

— Третий отборочный этап чемпионата мира пройдет в Японии, но наша команда готовится к нему в Турции. Почему бы не провести сбор где-нибудь поближе к месту будущих матчей, в схожих временных и климатических условиях?

— Японцы выставили очень высокие финансовые условия для того, чтобы мы могли у них тренироваться. Три дня занятий, аренда зала, обеспечение транспортом обошлись бы нам в 18 тысяч долларов. А договориться с японскими клубами о занятиях на их тренировочных базах невозможно: местная федерация запрещает им помогать чужим сборным. Такая у них политика. Они и первую свою игру поставили с нами, потому что сборным Кореи и Ирана в отличие от нас не надо адаптироваться: первые находятся в том же часовом поясе, а у Ирана финансирование позволяет проводить сборы там, где они захотят. Мы же из-за своей бедности все время чувствуем какую-то ущербность.

— Выступление сборных Казахстана на международной арене — это престиж государства. С этой стороны какая-то помощь оказывается?

— К сожалению, государственные программы не распространяются на игровые виды спорта, в частности, на волейбол. Приоритет отдан борьбе, боксу, тяжелой атлетике, а игровики находятся на самоокупаемости и инициативе федераций. Я убежден, что национальные команды должны быть штатными и иметь достаточный уровень материального обеспечения. Иначе из молодых людей, не имеющих шанса повышать свое мастерство в клубах, где они сидят на скамейке, а играют опытные легионеры, не сделаешь игроков уровня сборной. Нужно создать структуру, где будет штатная команда, расширенный состав первой сборной и ограниченные составы юношеской и молодежной сборных, откуда лучшие ребята будут попадать в главную команду страны. Для этого необходима современная спортивная база. Сейчас мы делим один зал с женской сборной, и времени на то, чтобы дополнительно заниматься с молодыми игроками, нет. Я составил подробный план на четыре года — до 2012-го. Однако мы не выполнили и 30 процентов программы, намеченной на этот сезон. Приходится готовиться к важному турниру на нервах и без стабильного финансирования. И если ничего не делать, то Казахстан может вообще исчезнуть с мировой волейбольной карты.

Нет практики — нет игроков

— Пяти команд для Национальной волейбольной лиги мало?

— Очень мало. И это больной вопрос. Если говорить откровенно, то играть Нацио­нальную лигу, где есть только две равные команды — «Алматы» и «Атырау», даже в четыре круга недостаточно. Волейболисты национальной сборной должны за год проводить от 80 до 120 игр. У нас же дефицит матчей.

— В Казахстане наберется игроков на полноценную лигу?

— Мы пытаемся, может, в ущерб качеству, добавить команды в Национальную лигу. С появлением новых команд появится возможность под флагом фарм-клуба выставлять на игру тех, кто не пробивается в первый состав. Без игровой практики они никогда не станут игроками.

Как выйти из упадка

— Вы говорили о программе развития волейбола в Казахстане, разработанной на четыре года…

— В ней есть все аспекты подготовки. Вся программа расписана по дням. Она предусматривает участие кандидатов в различные национальные команды в чемпионате страны. Причем они должны не сидеть на скамейке, а играть. Для этого надо расширить лигу до 8-12 команд. Получается, что будет не меньше тридцати игр. Это зимняя часть сезона, когда волейболисты выступают в клубах. Как только клубный сезон закончится, спортсмены, отдохнув, приходят в сборную и под началом ее тренеров начинают работать уже там. Сборные всех возрастов должны пройти за год 9-10 сборов продолжительностью от одной до трех недель. Если их собирать реже, то тогда теряется смысл всей программы. Волейбол — некогда элитный игровой вид спорта, которым мы могли гордиться, сейчас в упадке. Волейбольный Казахстан многие уже не знают. Чтобы договориться на контрольные матчи с Турцией, нам приходится платить им деньги. Наши юноши на следующий год будут играть в чемпионате Азии. Сейчас этих ребят я запущу в чемпионат страны, и к сентябрю следующего года они будут уже совсем другими. Пока я создаю инфраструктуру и требую, чтобы это выполнялось. Иначе затея с моим приглашением — пустое дело. Деньги на жизнь я себе уже заработал. Я по семь лет отработал в Японии и Турции, где все есть для тренера. У нас же ничего этого нет, а мы еще пытаемся говорить о конкуренции с азиатскими волейбольными державами.