Американская история Дмитрия Казарлыги

Они были первыми

В последнее время о фигурном катании в Казахстане заговорили вновь. Виной тому — успехи юных одиночников Дениса Тена и Абзала Ракимгалиева. Надежды связывают и с новой танцевальной парой Виктория Кучеренко — Руслан Потамошнев. По сути, танцев на льду у нас не было десять лет — с тех пор, как распался дуэт Елизаветы Стекольниковой и Дмитрия Казарлыги. Сегодня Дмитрий и Елизавета живут за океаном (правда, в разных странах) и по-прежнему связаны с фигурным катанием.

— Я слежу через Интернет за выступлениями Дениса Тена и Абзала Ракимгалиева, — рассказывает Дмитрий Казарлыга. — Правда, как они катаются, еще не видел, поэтому сложно что-либо сказать об их перспективах.

— Существует мнение, что в пару встают неудавшиеся одиночники…

— Это не так. У кого-то лучше получается артистическая часть, у кого-то прыжки. Все ведь не могут выступать только в одиночном катании. Что касается меня, то в моем возрасте ребята исполняли более сложные прыжки, чем я.

Школой фигурного катания стал парк Горького

— В секцию фигурного катания в алматинском парке имени Горького вас привели родители?

— Да. У меня мама очень любит фигурное катание. Родители часто смотрели трансляции, поэтому, когда меня в пять лет отвели на каток, я знал, что представляет собой этот вид спорта. Лет в десять я перешел в парное катание к тренеру Татьяне Норкиной. А ближе к 14 годам меня пригласили заниматься танцами на льду у Юрия Гуськова и Натальи Болутиной.

— В спортивных (бальных) танцах тренеры жалуются на нехватку мальчиков. В фигурном катании та же ситуация?

— Не знаю, как в Казахстане, но в США это большая проблема. Очень много девочек хотят заниматься фигурным катанием, а мальчиков найти сложно. Им больше нравятся американский футбол, бейсбол, хоккей, баскетбол. Они считают фигурное катание женственным видом спорта.

— Сами помимо фигурного катания за каким видом спорта следите?

— Мне очень нравится хоккей. В пригороде Бостона, где я живу, есть команда Американской хоккейной лиги «Уорчестер Шаркс». Она является фарм-клубом «Сан-Хосе Шаркс» из НХЛ. На ее матчи хожу часто. В прошлом сезоне за «Уорчестер» играл вратарь из Казахстана Дмитрий Патцольд (уроженец Казахстана, выступает за сборную Германии. — Прим. автора). Как-то раз с ним пересеклись в джиме (тренажерный зал. — Прим. автора). Я знал тогда, что он хоккеист, но не догадывался, кто именно.

География судьбы — Алма-Ата, Москва, Бостон

— До Елизаветы Стекольниковой со многими партнершами катались?

— В Алма-Ате катался с Куралай Узуровой (ныне главный тренер сборной Казахстана по фигурному катанию. — Прим. автора). После переезда в Москву также было несколько партнерш. Но с ними нигде не выступал — только тренировался. А потом настал момент, когда я оказался без пары. Не знал, оставаться мне в Москве или возвращаться домой. В то время Стекольникова как раз закончила кататься со своим партнером. Мы созвонились и решили попробовать вместе. Где-то через год родители Лизы предложили перейти к известному специалисту — Наталье Ильиничне Дубовой. Она посмотрела нас и оставила у себя.

— Выбор партнера в фигурном катании — процесс очень сложный?

— Конечно. Встать в пару можно в том случае, если у обоих подходящие данные, приблизительно одинаковый уровень катания. Само собой, должна присутствовать и психологическая совместимость. Если оба хотят кататься друг с другом, то все дается намного легче.

— Когда парень и девушка много времени проводят друг с другом, часто между ними завязываются не только рабочие отношения….

— У нас с Лизой сначала были чисто рабочие отношения, потом появились и личные. Правда, когда эти отношения перемешиваются, появляются проблемы. Личные отношения начинают мешать тренировкам. Если научиться их совмещать, то тогда все пойдет отлично.

На выступлении за Казахстан настояла Дубова

— Стекольникова — москвичка, и ваша пара могла выступать за Россию, а не за Казахстан…

— Это было решение Дубовой, к которой мы всегда прислушивались. В 1992 году, когда мы стали у нее кататься, произошел развал Советского Союза, и Казахстан получил возможность выставлять отдельную команду.

— Часто бывали дома?

— Ежегодно приезжал в Алматы к родителям, недели на две. На больший срок тренеры не отпускали — постоянные тренировки. После переезда в Америку выбираться в Казахстан стало сложнее. Но все равно раз в год, после чемпионата мира, приезжал домой.

— Чемпионат Казахстана в то время не проводился?

— По международным правилам для проведения национального чемпионата в стране должно, быть хотя бы две пары. Мы же были единственной танцевальной парой в Казахстане. Пытались создать дуэт в Актюбинске, ребята даже приезжали к нам в Америку на сборы. Но что-то у них дальше не пошло.

В обойме легендарного тренера

— Согласны с тем, что, с точки зрения судейства, танцы на льду — самая субъективная дисциплина фигурного катания?

— В принципе, да. Хотя то же самое можно сказать об одиночном и парном катании. Только там многое завязано на прыжках.

— Новая система оценок такое положение дел не изменила?

— С одной стороны, спортсменам стало труднее. Теперь в программу надо обязательно включать сложные шаги. Более разнообразными стали поддержки. С другой стороны, иногда танцы скучно смотреть оттого, что все выполняют одни и те же обязательные элементы.

— Насколько ваши азиатские успехи (Казарлыга со Стекольниковой — победители Азиатских игр-1996, чемпионы Азии 1994 и 1995 гг. — Прим. автора) добавляли авторитета у судей?

— Не думаю, что они нам помогали. Раньше чемпионаты Азии не котировались. Более престижным считалось кататься в Европе.

— На симпатии судей также может повлиять имя тренера….

— А вот имя Дубовой, думаю, нам помогало. В 90-е годы она тренировала сильнейшие российские танцевальные дуэты: Майя Усова — Александр Жулин (чемпионы мира-1993, призеры Олимпиад 1992, 1994 гг. — Прим. автора) и Оксана Грищук — Евгений Платов (олимпийские чемпионы 1994 и 1998 гг., четырехкратные чемпионы мира. — Прим. автора). С другой стороны, на таких крупных турнирах, как чемпионаты мира и Олимпийские игры, от Казахстана не было судей. Не имея своего голоса в судействе, нам было намного сложнее.

Костюмы шили в Большом театре

— Какая медаль в вашей коллекции самая дорогая?

— Бронзовая. Но не с Универсиады-1995, а та, которую мы завоевали годом раньше в Питтсбурге на Skate America. Это один из самых престижных этапов Гран-при в фигурном катании. К нему допускались только десять пар по специальным приглашениям.

— В карьере любого спортсмена особняком стоят Олимпийские игры, участником которых вы были дважды…

— Очень большое впечатление оставила моя первая Олимпиада в Лиллехаммере в 1994 году. Было такое впечатление, будто попал в сказку. Все прошло как во сне, иначе не скажешь.

— Фигурное катание — дорогой вид спорта?

— В Америке очень дорогой. Думаю, что в Казахстане — тоже.

— Кто шил вам костюмы для выступлений?

— Первый год — модельеры из Большого театра. После переезда в США стало тяжелее. Приходилось даже покупать костюмы, в которых до нас выступали другие спортсмены.

Разрыв

— Вашими последними соревнованиями с Елизаветой Стекольниковой были Игры-1998?

— Нет, в тот год мы еще выступили на чемпионате мира.

— Не видели больше перспектив в совместных выступлениях?

— Для меня ее решение прекратить совместную работу стало неожиданностью. Я расставаться не собирался. У Елизаветы появились личные интересы, не связанные со спортом. Она посчитала, что ей будет удобнее, если она переедет в другое место и найдет себе нового партнера.

— Чем сейчас занимается Стекольникова?

— Она живет в Канаде, тренирует в качестве хореографа. Но мы с ней особо не общаемся.

Заокеанские будни

— После того как распалась ваша пара, вы сразу ушли в тренеры?

— В принципе, я начал тренировать, еще когда сам катался: надо было зарабатывать деньги. После Стекольниковой попробовал кататься с несколькими партнершами, но они не хотели переезжать в Бостон. К тому же мы не могли найти страну, за которую выступать. Они были американками, и им было сложно получить гражданство Казахстана. Мне же, чтобы выступать за США, надо было ждать два года.

— Фигурное катание глазами спортсмена и тренера смотрится по-разному?

— Да. Глубже вникаешь в разные детали, о которых не задумывался, пока катался сам.

— С кем вы сейчас занимаетесь?

— На данный момент у меня нет своих спортсменов, которые бы выступали на соревнованиях. Я работаю в качестве хореографа с двумя канадскими спортивными парами и одним танцевальным дуэтом.

— В России очень популярны телешоу «Ледниковый период» и «Звездный лед». В Америке есть подобный проект?

— Он появился раньше российских, но продержался только один сезон. Не пошел. Может, потому, что участвовали в нем актеры, которых сейчас уже редко увидишь по телевизору.