Жительнице Щучинска по ошибке вырезали женские органы

Галия Муканова, еще не окрепнув после страшной операции, вынуждена обивать пороги судебных инстанций. Женщина твердо намерена доказать вину врачей, поставивших ей ошибочный диагноз «Рак шейки матки II «Б» степени».

Весь этот кошмар, как рассказала Галия, начался 16 декабря 2013 года. Неожиданно открылось кровотечение, врач-узист констатировала «выраженное расширение сосудов стенки матки». Женщина ему не удивилась, ведь работает продавцом в магазине в Бурабае: летом приходится поднимать кеги весом в 62 кг по 30-40 штук в день. Однако приговор врача-гистолога Перинатального центра в Кокшетау шокировал, Галию сразу госпитализировали в онкодиспансер.

«Заведующий отделением радиологии Гульмира Ахмадиева сказала, что у Галии запущенная стадия и оперировать уже бесполезно, — рассказывает сестра пострадавшей Алия Жахина. – Я спросила, будет ли она жить. Ахмадиева ответила: месяца три, от силы – полгода. Посоветовала молиться».
В тот же день Мукановой назначили облучение — 20 сеансов, потом перерыв на 2 недели.

«Когда я приехала на второй курс, узнала, что аппарат для внутриполостного облучения сломался. Пациентов направляли в другие города, я попала в онкологический диспансер г.Астаны. Там онкогинеколог во время осмотра удивился: мол, визуально опухоли нет, а на такой стадии она бывает выраженная. Тем не менее, врачи предложили операцию. Я, конечно, обрадовалась: может, еще лет десять протяну», — рассказывает женщина.

Так, 6 марта прошлого года у женщины удалили матку, две трубы, оба яичника и 12 лимфоузлов. Каково же было удивление столичных онкологов, когда результат повторного анализа на гистологию (тканей уже удаленного органа) показал отсутствие раковых клеток.

«Врачи собрали консилиум, а мне сообщили: никакого рака шейки матки не было. Еще сказали: наша, мол, ошибка в том, что не сделали повторный анализ перед операцией. Надо было перепроверить диагноз Перинатального. Отсутствие смертельной болезни подтвердил и повторный анализ блоков стеклопрепаратов (образцы тканей, собранные на стекло, взятые до операции в Кокшетау)», — сказала Галия.

«Я возила эти стеклопрепараты и в онкодиспансер Караганды. Там отказались, сказали: «В Кокшетау вечно такие ошибки, мы не хотим быть крайними», — добавила пострадавшая.

Между тем, руководство онкодиспансера, по словам Мукановой, пыталось решить вопрос, не доводя до суда. Спрашивали про сумму.

«Ошибку свою они признавать не хотят. Заместитель главного врача Болат Абишев так и сказал: «Рак был, после 20 сеансов облучения исчез». Я поздравила их, ведь они произвели революцию, исцелив больного раком в запущенной стадии 20 сеансами облучения», – возмущается Алия Жахина.
Гистолога Карлыгаш Капарову, поставившую в Перинатальном центре неверный диагноз (она, кстати, работала по совместительству и в онкодиспансере), сразу же уволили.

Тут уместно напомнить трагедию с жительницей Кокшетау Нургуль Баярболат, устроившую скандал в прессе ровно год назад – в январе 2014-го. Ей та же Капарова на основании лабораторных анализов поставила диагноз «рак левой молочной железы 3 «А» степени. 24-летней женщине при несуществующем раке удалили грудь. Тогда гистолог с 40-летним стажем, щедро раздающая смертельные диагнозы, отделалась замечанием, а трагедия повторилась «один-в-один».

Главный врач Акмолинского онкодиспансера прокомментировать инцидент отказался. «Суд определит степень виновности», — сказал Марат Оспанов.

«Я хочу, чтобы они понесли наказание, ведь завтра еще кого-нибудь покалечат. Может, этот процесс изменит их отношение к пациентам. Я понимаю, специфика службы, и больные идут конвейером. Но к пациентам там относятся, грубо говоря, как к скоту. Чтобы врачи повнимательней относились, нужно обязательно заплатить. Они к этому привыкли», — утверждает пострадавшая.

Свой моральный ущерб Галия Муканова, в одиночку воспитывающая 7-летнего сына, оценила в 10 млн тенге. Кокшетауский горссуд отказал в удовлетворении иска. Второе заседание аппеляционной коллегии Акмолинского облсуда назначено на сегодня.