Залог – индульгенция от наказания?

В адрес редакции поступило заявление от судьи Медеуского районного суда Алматы Ж. Н. Абдыкаримова, вынесшего приговор по уголовному делу в отношении главного его фигуранта – Эдуарда Ли. Напомним, он приговорил последнего к 7 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Кроме того, постановил меру пресечения заменить с залога на арест с момента вступления приговора в законную силу. Осужденный не стал ждать этого момента и скрылся. Также суд взыскал с него в пользу банка 1 166 834 545 (один миллиард сто шестьдесят шесть миллионов восемьсот тридцать четыре тысячи пятьсот сорок пять) тенге.

Эта история обратила на себя внимание тем, что слишком уж много в ней весьма странных обстоятельств. А в результате – совершено преступление и не последовала неотвратимость наказания для преступников. Вскрылась вся нелицеприятная сторона работы сотрудников коммерческих структур, государственных органов, призванных стоять на страже установленного законом порядка. Показала эта история на практике и неэффективность такой меры пресечения, как залог. Она, по сути, увела преступника от реального отбытия наказания.

Напомним, меру пресечения – залог – санкционировала прокуратура, а суд лишь изменил ее на арест. До реального ареста дело так и не дошло: у осужденного было целых 15 дней, чтобы сделать определенные выводы о своей судьбе за решеткой и избежать этого.

Ни автор материала, ни газета не собирались подвергать оценке или сомнению законность и обоснованность вынесенного судьей Ж. Н. Абдыкаримовым приговора. Суть не в этом. Преступник, с точки зрения закона, имел возможность свободно покинуть зал судебного заседания и, похоже, не только это. Ведь сейчас он объявлен в межгосударственный розыск. Это признает и сам судья. Также он указывает, что залог гарантировал обеспечение исполнения приговора суда. В то же время законодательно закреплено, что залог – это мера пресечения, применяемая в обеспечение обязанностей по явке (!) подозреваемого (обвиняемого) в органы дознания, следствия или в суд по их вызову. Так или иначе налогоплательщикам все равно, кто отпустил преступника под залог – прокурор или судья. Процессуальная возможность для этого у них по закону есть. Главное, что он имел реальную возможность скрыться – и воспользовался ею. А будет ли реально возмещен весь ущерб – остается вопросом. Еще обращает внимание то, что в приговоре суда не сказано о размере залога, его обращении в доход государства. Вынесены ли частные постановления в адрес государственных и коммерческих структур, при попустительстве которых такое вообще стало возможным?

Приговор суда, вступивший в силу, обязаны исполнять и уважать все. Но это не означает, что нельзя задавать вопросы, обусловленные самой жизнью и правоприменительной практикой, и обозначать проблему. Иначе все может повториться.