Вперед, в колхозы?

Заманчивое предложение

В 2012 году на льготное кредитование сельских потребительских кооперативов Минсельхоз выделит 500 миллионов тенге. Еще столько же – в следующем году. Средства выделяются под 5 процентов годовых сроком до 7 лет на приобретение основных средств и технологического оборудования, а также пополнение оборотных средств. Заманчиво, не правда ли?

Но пока успехи Минсельхоза очень скромны. С 2006 года, когда была начата эта программа, выдали кредиты 139 сельским потребительским кооперативам на сумму 9,6 миллиарда тенге. Всего же, по данным пресс-службы МСХ, в кооперативы вступил только 1 процент средних и мелких сельхозформирований и 0,2 процента личных подсобных хозяйств.

Вместо мяса – одни амбиции

По данным МСХ, на 1 января 2011 года в Казахстане было 6,1 миллиона голов крупного рогатого скота (КРС). Средний рост численности скота за последние годы составил 2–3 процента. То есть сейчас в стране содержится примерно 6,3 миллиона голов КРС. 80 процентов из них, или 5 миллионов голов, находится в частных подворьях. И только 20 процентов, или 1,2 миллиона, – в собственности крупных и средних предприятий.

В промышленных масштабах выращиванием КРС в Казахстане занимается 800 хозяйств. У них находится всего 300 тысяч голов скота. У всех фермерских хозяйств чуть больше – 800 тысяч. Цифры говорят о том, что ситуация с животноводством в Казахстане пока аховая. Товарного производства мяса, если считать только говядину, в стране практически нет. Племенного скота в стране всего 1,2 процента.

Можно ли миллионным стадом прокормить 16-миллионную страну? Нет. Значит, большую часть мяса мы вынуждены импортировать.

А ведь мы приняли амбициозную программу развития животноводства! Согласно которой к 2016 году должны завалить мясом не только свои города, но и соседей. Например, Россию. Но вряд ли это удастся сделать без крупных товарных ферм.

Программа строительства откормочных площадок буксует. “Караван” уже писал, что часть из них простаивает или работает не в полную силу. Программа поддержки животноводческих ферм была названа самими фермерами несправедливой, так как на субсидии могут претендовать только крупные хозяйства. Вот и возникла идея ускорить создание крупных производств через кооперирование.

С большим хозяйством удобней работать

Уточнить, каким образом Минсельхоз намерен стимулировать фермеров объединяться, “Каравану” так и не удалось: директор департамента животноводства МСХ Канат ИДРИСОВ вроде бы не отказывается отвечать, но за две недели так ничего редакции и не рассказал. Поэтому мы обратились к самим фермерам. Вернее, к заместителю председателя Союза фермеров Казахстана Акжолу АБДУКАЛИМОВУ.

– Нельзя силой заставить мелких производителей объединяться. Они должны прийти к идее укрупнения сами. Тогда такая форма сотрудничества будет эффективной. Сейчас же Минсельхоз, получается, давит на крестьян, заставляя их работать вместе, заманивая дешевыми кредитами, – считает А. Абдукалимов. – Правительству просто удобнее работать с крупными предприятиями, а не с мелкими хозяйствами. Тогда зачем существует такой монстр, как “Казагро”, – непонятно.

У финансистов другое мнение.

– Мелкие хозяйства обладают меньшими финансовыми возможностями в развитии своего бизнеса. Проводимая Министерством сельского хозяйства работа по укрупнению сельхозпредприятий должна привести к большей финансовой устойчивости таких предприятий и повышению кредитоспособности. Это позволит им оптимизировать свои расходы, обновить основные средства, закупить качественный племенной материал. Все это скажется и на увеличении объемов продукции. У таких предприятий могут расшириться возможности по привлечению кредитных средств, например, за счет консолидации ресурсов, а также увеличения залоговой базы, – сказал “Каравану” заместитель председателя правления АО “Народный банк Казахстана” Станислав КОСОБОКОВ.

Вопрос доверия

Впрочем, основная проблема при создании и работе кооперативов в Казахстане – это вопрос доверия. Согласно Гражданскому кодексу РК, производственный кооператив – “объединение граждан на основе членства для совместной предпринимательской деятельности, основанной на их личном трудовом участии и объединении его членами имущественных взносов”. То есть, по сути, колхоз. И, как у всякого предприятия, у него должно быть руководство. Беда в том, что у нас владельцы акций и паев пока не сильно доверяют руководителям своих предприятий. Проконтролировать все действия руководства владельцы паев не всегда могут. Значит, ответственность за действия недобросовестного руководителя будут нести сами члены кооператива.

Выход из кооператива для его членов также затруднен. Свой пай фермер может получить только по окончании отчетного периода. Он обычно заканчивается или на новый год или в марте. Значит, подготовиться к новому сезону “отделившийся” фермер просто не успеет.

Идея кооперативов всегда была интересной для села. Ведь она позволяет объединить усилия многих крестьян. Сделать их труд более производительным. Да и опыт европейских стран показывает, что кооперативы вполне могут соперничать с крупными хозяйствами. Правда, наш “колхозный” опыт не самый лучший. У нас кооперация всегда была средством выжать из села побольше продуктов, тогда как во всем мире это позволяет крестьянам больше вырастить, продать и заработать.

Удастся ли чиновникам “переломить” еще советский менталитет и настроить сельчан на сотрудничество? Причем, завлекая их не кредитами, а возможностью больше заработать своим честным трудом. Вряд ли – если использовать при этом станут не полезный опыт зарубежных стран, а привычный метод кнута и пряника.