Виновны. Свободны. Работают

В общей сложности скандальное дело тянулось более пяти лет. Ребенок умер в августе 2010 года от токсического гепатита, острой печеночной недостаточности, развившейся, как решил суд, из-за “неправильного лечения” туберкулеза. Три года вокруг смерти Арсена шли разбирательства. Дело возбуждали, приостанавливали, возбуждали опять… Лишь в июле 2013 года оно дошло до суда. Потом долго ждали очередной экспертизы, кажется, шестой по счету. Потом дело отправили на дополнительное расследование… Нынешнее его рассмотрение в суде – уже второе. И пока трудно сказать, поставлена ли в этом деле точка. Обе стороны имеют право опротестовать приговор.

Хеппи-энда не случилось

…Казалось, в жизни брошенного родной матерью малыша наступил коренной поворот к лучшему, когда его усыновила семья из села. Зауреш Дюсембина и ее муж забрали мальчика из костанайского дома ребенка “Дельфин” слабеньким, болезненным, явно нуждающимся в особом уходе и внимании. Своих детей у Зауреш не было, поэтому за воспитание приемного сына она взялась рьяно. Арсен сразу назвал ее мамой. Однако хеппи-энда не случилось.

Примерно через год у малыша диагностировали туберкулез. Его положили в детское отделение областного тубдиспансера. Лечение должно было занять месяцев девять. Однако через два ребенок умер. И вовсе не от основного заболевания.

– Я в очередной раз приехала, чтобы навестить сына, – вспоминала Зауреш. – Решила с ним погулять. Взяла его на руки, а он меня не узнает, не разговаривает, голову не держит. Я кинулась к врачу – мне сказали, что так и должно быть.

Оказалось, не должно – уже в тот момент у мальчика отказывала печень. Его срочно перевели в детскую больницу, но спасти не смогли. Он умер в реанимации.

По версии обвинения, врачи не отреагировали вовремя на появление у Арсена признаков токсического гепатита. В таких случаях полагается отменять противотуберкулезные препараты, чтобы дать печени восстановиться. А тут  лечение продолжалось, хотя уровень билирубина в крови был выше нормы в несколько раз.

Поначалу на скамье подсудимых было трое врачей. К нынешнему суду осталось двое: работавшая тогда заведующей отделением Айнаш Калжанова и фтизиопедиатр Светлана Балицкая. Еще один врач, подменявший какое-то время лечащего, второй раз к суду не привлекался.

Доктора своей позиции не меняли ни на первом судебном разбирательстве, ни на втором: вину не признавали, говорили, что действовали в строгом соответствии с медицинскими протоколами. По их версии, печеночная недостаточность возникла из-за не диагностированного вовремя у ребенка гепатита.

Суд в данном случае встал на сторону матери. Зауреш Дюсембина (на фото), прошедшая, похоже, за эти годы все круги ада, была единственной, кто взахлеб рыдал в суде, выслушав приговор.

Когда она наконец смогла говорить, то сказала только одно: “Я понимала, что все тянулось слишком долго и врачей не накажут. Но мне было важно, чтобы им сказали, что они виновны в смерти моего сына. Это справедливо”.

Калжанова и Балицкая признаны виновными в ненадлежащем выполнении профессиональных обязанностей, повлекших смерть пациента. Однако 2 и 3 года ограничения свободы в сочетании с отстранением от врачебной деятельности на несколько лет будут значиться лишь на бумаге: пока врачей судили, истек срок давности.

Спасти уже невозможно

Не первый раз в Костанае врачей обвиняют в гибели маленьких пациентов. В августе 2014 года в стационаре Костанайской городской больницы умерла трехлетняя рудничанка Настя Паутова. Как показала проверка департамента комитета контроля медицинской и фармацевтический деятельности, ребенок погиб из-за несвоевременно оказанной медицинской помощи. Родители обратились в поликлинику и “скорую” сразу, как только у ребенка появились признаки кишечной инфекции. Однако госпитализировали Настю только через три дня в крайней степени обезвоживания, с тяжелой почечной недостаточностью. Когда ребенка доставили в Костанай, спасти ее было уже невозможно.

Это дело до суда не дошло: медики с родителями предпочли завершить его миром.

Ирина ПЕЛЬНИЦКАЯ, Костанай