Триумфальный облом

ТАЙНА РОСКОШИ

Огромный остов из красного кирпича вырос в прошлом году на пересечении улиц Шакарима – Кабанбай Батыра, да так и остался стоять недостроенным. И только сегодня становится известно, что скрывалось на самом деле за этой архитектурной роскошью.

Сначала года темпы работ на стройплощадке заметно снизились, а в середине апреля строительство и вовсе остановилось. Горожане сделали вывод: во всем виноват кризис. Но едва ли мировая экономика стала причиной неурядиц местного масштаба, потому как строительство этого дома должно быть завершено еще в прошлом году: срок сдачи дома в эксплуатацию – первое полугодие 2008 года. То есть до того, как разбушевалась финансовая стихия.

Всю правду решили рассказать рабочие, которые трудились на стройке. Собрали пресс­конференцию, в ходе которой выяснилось немало интересных подробностей. Свидетелями их откровений, кстати, стали не только журналисты, но и представители прокуратуры, Управления чрезвычайных ситуаций, инспекции труда.

Оказалось, что трудовые индивидуальные договоры с рабочими заказчики не заключали. Если у кого и был такой документ, то неподписанный работодателем или в виде ксерокопии, что категорически запрещено законом. Когда рабочие попросили выдать им договоры, руководство пригрозило увольнением. А кто в наше время не дорожит своей работой? Поэтому выбора не было: пришлось вкалывать, скрепив союз с работодателем его честным словом.

С ПОСТОЯННЫМ РИСКОМ

— Последние дни некоторые краны, — рассказал крановщик Хамидолла Акауов, — были неисправны. Я лично управлял краном, у которого не работали тормоза. Безопасность на работе не соблюдалась, спецодежду не выдавали. Нет, говорили, денег.

Как рассказывали другие рабочие, неисправны были и стропы. Неисправные краны представляли угрозу для жизни не только самих строителей, но и для горожан. Случалось, многометровые махины нависали над проезжей частью. И то, что несчастья не произошло просто, счастливый случай. Собственно, и монтаж самих кранов, по словам рабочих, производился не квалифицированными специалистами. Впрочем, на строительство принимали еще и неквалифицированных каменщиков. Сами работали с ними, утверждают все те же оставшиеся рабочие.

На стройплощадке не было даже элементарных бытовых условий. Поскольку места для обедов не оборудовали, то люди ели, где придется. В раздевалках было так холодно, что иногда включали обогреватели, что создавало пожароопасную обстановку. Санузлов, как положено по сангигиене, и тех не было.

НАЧАЛО БЕДСТВИЙ

Проблемы с выплатой заработной платы начались осенью прошлого года. Потом рабочих отправили в отпуск без содержания. В марте вызвали на работу снова, строительство затеплилось, но деньги платили совсем маленькие. Затем прекратили выдавать и эти крохи.

Нервы у людей сдали 16 апреля, и они объявили бойкот – прекратили работу. С тех пор пытаются найти правду. Написали жалобы во все инстанции, но ответы надежд не вселяли, хотя и были в их пользу. Прокуратура, как водится, провела проверку, в ходе которой факты, изложенные рабочими в заявлении, не только подтвердились, но обнаружились и другие нарушения! Трудовые договоры, к примеру, не заключались, как и договоры об обязательном страховании гражданско-правовой ответственности. И штрафы, которые удерживали с рабочих в качестве меры наказания, также не предусмотрены трудовым законодательством.

Начальник отдела прокуратуры г. Семей Сания Толеубаева ситуацию прокомментировала быстро:

— Основная проблема в том, что рабочие сами проявили юридическую безграмотность, надо было требовать у работодателя договор!

Досталось бедолагам и от представителей всяческих государственных органов. В инспекции по труду (сейчас это Управление контроля по региону города Семей Департамента по контролю и соцзащите по ВКО) сначала заявление рабочих вообще не приняли, сославшись на мораторий. Теперь выясняется, что отказывать в приеме заявления права не имели. Во­первых, обращение не было анонимным (под ним подписались около 30 человек). Во­вторых, если конкретные жалобы все же имеются, то их надо проверять, несмотря на мораторий.

Однако госинспектор труда и управления контроля по региону города Семей Валерий Востоков иначе определил сложившиеся взаимоотношения между работодателями и рабочими. Оказывается, им теперь придется еще доказывать, что они там работали. Работодатели теперь-то напрочь отрицают факт их присутствия на стройплощадке! Кто же тогда дом построил? Неужто призраки?

Единственный представитель другой стороны, руководитель подрядной организации ТОО «ССК21 век» Толеген Жанабилов ясности тоже не внес. У двух заказчиков строительства оказались еще и субподрядчики. Рассчитываться и с ними тоже невозможно — нет денег.

— У меня эти люди не работают. Крановщики числятся в «Арлане», рабочие — в ИП «Лейла» и в ИП «Чужебаев». У меня только сторожа и шоферы. Мы тоже не получаем зарплату, — говорит Т. Жанабилов. — Насчет выплаты долгов работникам «ССК21 век» я уже не раз поднимал вопрос перед заказчиками — ТОО «Арлан» и ИП «Лейла». Но они два года не могут получить кредит в банке, поэтому денег, говорят, нет.

Правда, по словам г­на Жанабилова, заказчики вроде как договорились с одним из банков, и в ближайшие две недели финансовую проблему решат. Но будут ли первыми в списке кредиторов рабочие, которым нужно выдать заработную плату?

А ЧТО ЖЕ ДОЛЬЩИКИ?

Они пока молчат. Но ситуация может осложниться, если они начнут предъявлять свои претензии. Ведь половина квартир уже распродана. Их хозяева внесли 100% предоплаты, влезая в долги и ипотечные кредиты.

Между тем, договоры между дольщиками и ТОО «Арлан» доверия не внушают. Мало того, что обещанных квартир как не было, так и нет, некоторые условия этого «документа» вызывают сомнения. В договоре сказано, что «право собственности на имущество (квартиру) может возникнуть только после сдачи имущества (дома) в эксплуатацию, т.е. осуществления приемки завершенного объекта государственной комиссией… после полной оплаты имущества «Покупателем» и заключения договора передачи квартиры». Выходит, дольщики за квартиру заплатили, но прав на них никаких не имеют: дом­то не сдан!

Оксана ПРИВЕДЕННАЯ, Семей