Три в одном, или Общество сумбурного сознания

Автор художественных текстов способен на очень многое — преобразить, переиграть жизнь. Писатель из Саратова Роман Арбитман сознательно идет на растроение своей литературной личности, а, вернее, на создание трех отдельных литературных личностей: Роман Арбитман — Лев Гурский — Рустам Кац.
Он разделяет между ними жанры, стили и, главное, степень свободы, ответственности за сказанное. То, что позволено 87-летнему Кацу, к примеру, не позволено 47-летнему Арбитману — Кац позиционирует себя как человек, безоговорочно впавший в маразм. Гурскому уже проще безответственно высказываться, чем Арбитману, ведь ему 67. Впрочем, дело, конечно, не только в возрасте, но и в личностных особенностях, судьбе и контексте этих трех литературных личностей. В общем, Кацу и Гурскому сходит с рук то, что Арбитман себе не разрешил ни при каких обстоятельствах.
Их трое, и каждый из них свободно ссылается на другого. Не всякий читатель догадывается, что Арбитман, Гурский и Кац живут в одной продуктивной голове Арбитмана. И ставит на свою полку книги Арбитмана, Гурского и Каца как книги совершенно разных людей!
Как уживаются три разных человека в одной голове? Когда Гурский устает писать, то пробуждается Кац или Арбитман. Каждому — свое время.
Лев Гурский недавно привез в Москву свою новую книгу «Пробуждение Дениса Анатольевича», выпущенную в Волгограде.
В Московском центре Карнеги состоялась презентация этого романа, написанного в жанре политической фантастики. Гурский изобразил отчественное «общество сумбурного сознания». Чтобы подчеркнуть абсурдность ситуации в российском обществе, Гурский называет главного героя именем мальчика из знаменитого детского сериала «По секрету всему свету». Итак, главный герой романа Денис Анатольевич Кораблев, вступая в должность Президента Российской Федерации, вошел в состояние похмелья, в котором и наблюдает за всем происходящим… Стоп! Роман Арбитман на презентации призвал не пересказывать его роман. Пусть читатель сам ознакомится с книгой, и право интерпретации останется за ним.
На презентации собрались разборчивые читатели — политологи, философы, социологи, литературоведы, литературные критики. Политическая фантастика может быть использована как один из возможных сценариев при изучении политических процессов. А в литературе сейчас идет процесс взаимной миграции. Фантасты пытаются присоединиться, условно говоря, к серьезной литературе, печатаясь в толстых журналах и обретая с помощью этого легитимность. Серьезные же литераторы используют фантастические элементы, таким образом приращивая читателя. Ведь когда автора читают только слависты и букеровское жюри, ситуация — тоже из плачевных.
Французская газета «Фигаро» назвала Гурского «мэтром кремлевского триллера». «Зачем Вы пишете о президентах? Напишите о нормальных людях, которые Вас окружают!» — советуют Гурскому некоторые читатели. А почему бы не писать о президентах? Ведь о президентах писать и читать интересно! К тому же Гурский пишет не о конкретном власть предержащем, а о президенте как понятии вообще. Он начал писать «Пробуждение Дениса Анатольевича» при одном президенте, а закончил при другом.
Возможен и другой читательский подход, когда написанное Гурским принимается за чистую монету. Так, газетчики однажды опубликовали материал с комментарием «Саратовский писатель обнародовал интимные тайны из жизни президента».
Известный исследователь пародии, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова Владимир Новиков задал Гурскому вопрос — а будет ли разоблачение магии растроения? Он поделился с присутствующими своими планами: в случае переиздания своей книги «О пародии» включить в нее раздел о мистификации.
Необходимое условие мистификации — это скандал. Вспомните знаменитую Черубину де Габриак, вокруг вымышленного имени которой случилась такая накаленная атмосфера. А был ли второй том «Мертвых душ»? Может быть, и это мистификация? Так считает Арбитман. Думаю, что ему, автору стольких литературных мистификаций, виднее…