Свободный творец Тимур Родригез

А под занавес прошлого года предстал в Алматы в качестве кандидата в женихи в казахстанском шоу “Давай поженимся!”.

Боялся ошибиться

– Для вас участие в казахстанском проекте “Давай поженимся!” – новый опыт?

– Да, но для любого артиста участие в подобном телепроекте, это если не эксперимент, то забава. Я провел на площадке слишком мало времени, чтобы раствориться в этом до конца. Но мне понравилось.

– Вы окончательно сменили юмор на пение?

– Нет, это в какой-то момент мне пение пришлось сменить на нечто другое. В свое время в моей жизни был КВН, меня задействовали потому, что я умею делать много разных забавных вещей. Тогда я не понимал до конца, что же мне делать с песнями, и не был так уверен относительно своего музыкального будущего. Потому что очень боялся ошибиться, что меня занесет не в ту сторону, не те люди окажутся рядом со мной. С одной стороны, жалею, что десять лет потратил на другие вещи, но с другой – сейчас занимаюсь только тем, что мне безумно нравится. Я не выпустил ни одной песни, которая заставила бы меня стыдиться за слова или музыку. Делаю то, что мне нравится, и очень рад, что это нравится большому кругу людей. Теперь я не заложник своего финансового положения, не заложник конъюнктуры. Я свободный творец!

– А что насчет сложившегося имиджа?

– Стараюсь не обращать на это внимание, хотя немного переживаю. В Европе и Америке артисты могут достаточно успешно сниматься в кино, играть в театре, выпускать пластинки и заниматься юмором в жанре стендап, к примеру. В России, к сожалению, народ мыслит очень узко, и мне пришлось столкнуться с определенными сложностями. Но они меня только закалили, я не записал ни одной забавной песни, потому что для меня это не развитие, а стагнация.

Переехал ради музыки

– У вас сейчас настроение такое лиричное?

– Нет, не лиричное. В данной ситуации я могу говорить только о том, что у меня настроение записывать хорошую, качественную, серьезную музыку. Серьезную, потому что я серьезно к ней отношусь. Я одинаково комфортно чувствую себя в лирических и танцевальных композициях.

– И вы неплохо двигаетесь…

– Спасибо, и я скорее такой, нежели тот, к которому привыкли за годы существования развлекательных шоу. Меня не знали на сто процентов и сейчас не знают. Но с помощью песен я раскрываюсь гораздо шире. Всегда хотел заниматься только музыкой, и я переехал в Москву, чтобы заниматься ею. У меня были чемоданы с костюмами, которые я хотел надевать каждый вечер, выступая в клубах, но все пошло по другой схеме… Я никуда не бился, не стучался, мне не указывали на дверь, теперь просто спокойно захожу в эти двери и заношу свою музыку. Ее не всегда берут, потому что, когда появилась песня Out in space, люди испугались: записывать песни на английском языке довольно сложно. Но когда она ворвалась в хит-парады и достигла первых мест, для меня это стало большой победой. Потому что от этой песни меня все отговаривали! Мол, песня сложная, и никому не нужен такой звук от русского артиста.

Памятник в центре города

– Ваша публика поменялась?

– Я могу сказать, что не только поменялась, но и выросла. Для меня важны рецензии людей, которые разбираются в музыке. Гораздо больше, чем похвалы относительно моего развлекательного творчества.

– А яркие поклонники появились?

– Да, и это абсолютно разные люди – даже взрослая аудитория. Очень приятно, когда подходят и говорят, что такого от меня не ожидали. Когда люди, которые любят хорошую музыку, делают мне комплименты, ничего не может быть лучше. Значит, я двигаюсь в правильном направлении. И мои попытки остаться в памяти людей имеют смысл. Очень бы хотел, чтобы хоть одна из моих песен помнилась будущими поколениями.

– То есть вы к этому стремитесь?

– Точно! Я бы очень хотел, чтобы мое творчество вдохновляло кого-то, как меня вдохновляло творчество Майкла Джексона, Элвиса Пресли. Я понимаю, что называю великих, но если артист не стремится стать великим, то может навсегда остаться в своей маленькой студии. Каждый из нас должен мечтать об улице, названной в его честь, о памятнике в центре города. Я иронизирую, конечно, но нужно мечтать о чем-то, что выйдет за пределы его улицы, города, страны.

Алматы, Медеу и “шопинг-рыбалка”

– Все-таки в каком качестве вас чаще приглашают?

– Сейчас я больше выезжаю с концертами. Потому что даже если я веду что-то, ко мне подходят и спрашивают, буду ли петь. Что может быть прекраснее?! Мне безумно повезло, что я зарабатываю этим. Но когда нахожусь на сцене, меньше всего думаю о деньгах. Мне бы хотелось, чтобы люди после моего концерта ушли счастливыми или хотя бы довольными. Если ты мечтаешь, чтобы то, чем ты занимаешься, приблизилось к искусству с большой буквы, то должно быть желание сделать людям хорошо. Потому что только настоящее искусство способно породить настоящие эмоции, и я бы очень хотел, чтобы мое музыкальное творчество заставляло людей делиться этим ощущением позитива и доброты с теми, кого они по-настоящему любят.

– Вы говорили, что в Алматы не в первый раз, но никак не удается познакомиться с городом…

– Да, приезжаю сюда седьмой раз. Ничего не видел, только работаю. Но на этот раз нас даже на рыбалку приглашали, но… Пойду в магазины, может, там получится что-то “выловить”. Естественно, поехали на Медеу, потому что все эти годы я слышал только о нем. Я рад, что у меня появилось время насладиться природой и атмосферой города по-настоящему.

– Что бы вы пожелали читателям “Каравана” в новом году?

– Найти гармонию. Чтобы были близкие, ради которых ты хочешь делать то, что делал только для себя. После этого невозможно перестать творить.