Свинья скотокраду – не товарищ

Тут вам не мегаполис!

Несмотря на то что центр Жамбылского района Алматинской области – Узынагаш – находится всего в 38 км от границы Алматы, жизнь там протекает словно в параллельном измерении…

Утверждения вроде “cегодня у всех казахстанцев проблемы одни и те же!” – на самом деле ничего общего с действительностью не имеют. Чтобы удостовериться в этом, достаточно лишь спросить у любого алматинца, сколько стоит мешок зерноотходов.

Что это такое, для чего зерноотходы нужны, с чем их едят и главное, кто именно, – большинство респондентов даже не знали! Поэтому, чем отличается ячмень от отрубей или пшеницы, мы даже не стали спрашивать: для горожан это уже высшая математика.

Другой момент. Если обитатели крупнейшего мегаполиса страны еще тешут себя, любимых, надеждой разыскать более высокооплачиваемое местечко или на худой конец латают дыры в семейном бюджете случайными заработками, то их сельские соотечественники такой возможности лишены.

Ячмень нынче не по карману

Экономический кризис вдребезги разбил розовую мечту селян – получить работу в Алматы. Поэтому уровень их материального благополучия оказался в прямой зависимости от количества мычащей, ржущей, блеющей и хрюкающей живности.

Но в последнее время над домашними животными нависла угроза. Во-первых, подорожали корма.

– Большинство отдают предпочтение крупному рогатому скоту, лошадям и овцам, а свиней держат только русские, украинцы и белорусы, – говорит житель Узунагаша по имени Матайбек, который выгнал на выпас 25 своих овец. – Но в последнее время прокормить хрюшек становится все тяжелее… Коров, баранов и лошадей выгоняют на пастбище. А свиньям подавай зерноотходы – некондиционные ячмень или пшеницу.

По словам Матайбека, корове или бычку на зиму требуются две тонны сена и полтонны зерноотходов: “Сено мы заготавливаем сами, летом едем и косим траву. Можно сказать, оно достается нам даром. К тому же коровы, овцы и лошади могут пастись до тех пор, пока не выпадет глубокий снег. А свиней выпускать на пастбище нельзя – сразу разбегутся! И сеном их не прокормить. Мой знакомый, Степан Трофимович, говорит: чтобы вырастить поросенка до взрослого животного, необходимо потратить одну тонну зерноотходов”.

На базаре – своя мафия!

Мы разыскали Степана Трофимовича. Он поведал нам, что кроме зерноотходов поросятам надо давать остатки пищи со стола, тыкву и овощи. И обязательно – витамины.

– В 2009 году цена на одну тонну ячменя – 50 тысяч тенге. А стоимость одного поросенка в среднем 10 тысяч тенге. Если добавить вакцинацию от возможных заболеваний и прочие затраты, то на его выращивание нужно около 65 тысяч тенге. К моменту забоя вес свиньи доходит до 110–120 кг, а принимают ее по 550 тенге за 1 кг. Выходит, 66 тысяч тенге. Чистой прибыли – лишь одна тысяча тенге! Такая вот арифметика, – сокрушенно качает головой Степан Трофимович. – А резать самому и везти на базар бесполезно – там своя мафия, чужих не пускают!

Бычков откармливают… картоном!

– С коровами, овцами и лошадьми дело обстоит немного лучше, – вступает в разговор Матайбек. – Вместо зерноотходов их можно кормить отрубями (по-казахски – урпак). Мешок отрубей стоит всего 400 тенге. Но так как питательности в них почти нет, приходится добавлять… картонные коробки!

– Да-да! – в ответ на наши изумленные взгляды подтверждающе кивает головой Матайбек. – Коробки ведь жирные(?!), их мелко нарезают и добавляют картон в отруби. Но дают картон только бычкам, которых откармливают…

Без визга и пыли

Еще одна беда селян – крупный рогатый скот крадут с пастбищ! И то, что буренки, лошади и овечки угодили в зону жизненных интересов скотокрадов, нам подтвердил исполняющий обязанности начальника Жамбылского РОВД подполковник Бейбит КЕЛГЕНБАЕВ:

– В последнее время обезврежены три группы скотокрадов. Никто из задержанных жителем Жамбылского района не является. Одни – выходцы из Восточно-Казахстанской области, другие – из Жамбылской области. А в составе третьей группы есть уроженцы Алакольского района Алматинской области. Большинство задержанных сказали, что работали в Алматы строителями. Но после того, как большинство строек было заморожено, их уволили. Чтобы прокормить свои семьи, бывшие строители начали красть скот.

В ходе расследования подозреваемые пояснили, что проще похитить корову с пастбища, чем, например, свинью из сарая: свинья громко визжит, да и ухватить ее фактически не за что. Противное животное! А корову ночью на пастбище прирезал, быстренько разделал – и на базар!

– Если так и дальше пойдет, нам всем придется отказаться от коров и перейти на свиней. Зимой оденем их в шубы, чтобы не замерзли, и отправим на пастбище, – невесело шутит Матайбек. – Они так просто в чужие руки не даются…

Шесть коров числятся… пропавшими без вести

По словам сотрудников полиции, украденных коров и бычков задержанные продавали на рынках Алматы. И тут сразу возникает вопрос: почему ветеринарные врачи принимали у них мясо без ветеринарных справок и справок на собственность?

Как мы выяснили у подполковника Келгенбаева, доля краж скота в перечне преступлений, связанных с хищением чужого имущества, весьма высока: “Около трети от всего числа хищения чужого имущества приходится на кражи скота. Среди нераскрытых – шесть краж коров. Причем бывает, пропадет животное, а его владелец обращается в полицию лишь спустя две недели, а то и через месяц, когда от коровы и следа не остается…”.

Олег ГУБАЙДУЛИН, Тахир Сасыков (фото), Алматинская область