Скрытые “мины” футбольных полей

Трения как реакция

– Это я конфликтный человек? – удивляется экс-полузащитник сборной Казахстана, а ныне один из тренеров калининградской “Балтики” Максим Низовцев. – Не знаю, не знаю. Ни в одном клубе ко мне не применяли дисциплинарных санкций. Если с кем-то и были трения, то это ответная реакция на их поступки, которые они совершали по отношению ко мне.

– Последний клуб в вашей игровой карьере – усть-каменогорский “Восток” – рассчитался с вами по долгам еще за 2008 год?

– Ну если контрольно-дисциплинарный комитет федерации принял решение, чтобы клуб расплатился не только со мной, но и со всей командой, то можно сказать, что рассчитался.

– В командах, за которые вы выступали, часто возникали такие проблемы?

– Да. И в России, и в Казахстане случались задержки, невыплаты. Поэтому я бы не стал делать акцент на “Востоке” или других казахстанских командах. К сожалению, это распространенная практика на всем постсоветском пространстве.

– Как сейчас обстоит ситуация с невыплатами в России?

– К этому подходят очень жестко. Как, впрочем, и в Казахстане, насколько я знаю. Клубы тут же лишаются права заявлять новых игроков, а в случае дальнейшего невыполнения условий контракта перед футболистами могут быть переведены в низший дивизион. Так, к примеру, поступили с владикавказской “Аланией”, которая даже была лишена профессионального статуса.

Что обещал экс-аким Кулагин?

– Вы выступали до 37 лет, но так и не стали чемпионом ни Казахстана, ни России. Это самое большое разочарование в вашей карьере?

– Если брать спортивную составляющую, то да. Но гораздо больше я разочарован тем, что ошибался в людях, для которых, скажу без лишней скромности, сделал очень многое. Не каждому дано пережить, когда твоя команда становится чемпионом, а ты беспомощно сидишь на трибуне на костылях.

– Бывший аким Костанайской области Сергей Кулагин обещал устроить вам прощальный матч, когда вы завершите карьеру…

– Я об этом ничего не слышал.

– И все-таки, если бы такая возможность представилась, в каком формате вы хотели бы видеть этот матч?

– Лучше всего, чтобы меня проводили матчем между “Тоболом” и “Актобе”. Причем не ветеранских составов, а нынешних.

– Кто был бы самым желанным гостем на этой игре?

– Боря Копжасаров, которого, к сожалению, уже нет с нами (Багытпек Копжасаров, игрок “Тобола”, затем рефери ФИФА, директор Костанайской ДЮСШ. – Прим. ред.). Хотелось бы, чтобы он судил этот матч или был главным приглашенным гостем.

В московском ЦСКА

– В вашем послужном списке значится непродолжительное пребывание в московском ЦСКА в бронзовом для команды 1999 году. Почему не задержались в составе армейцев: переход был неподготовленным или не выдержали конкуренции?

– Думаю, что первый вариант. Переход из “Балтики” в ЦСКА действительно получился спонтанным, я не был к нему готов морально. Я летел с калининградской командой на сборы на Кипр. Ночевать пришлось в Москве, а на следующий день отправился уже во Францию с ЦСКА. Но в ЦСКА я провел всего две игры в чемпионате и одну в Кубке, после чего получил разрыв кресто­образной связки. Это была моя первая травма на “крестах” (вторую Низовцев получил на зимних сборах с “Актобе” в 2007 году, из-за чего пропустил весь сезон. – Прим. ред.). Конкуренцию я выдерживал, и то, что меня брали игроком основного состава, даже не обсуждалось. Просто так сложились обстоятельства. Все дело в травме, после которой от меня отказались. Хотя я провел в команде всего три месяца, у меня остались с игроками того ЦСКА очень хорошие отношения. К примеру, мы до сих пор встречаемся с Сергеем Семаком.

– После ЦСКА были предложения из “больших” клубов?

– Да. Меня хотело видеть в своем составе киевское “Динамо”. Но я посчитал, что после травмы мне будет сложно конкурировать с Виталием Косовским (6-кратный чемпион Украины. – Прим. ред.), игравшим на моей позиции.

Западня для “лимитчика”

– Поскольку вы внимательно следите за событиями в казахстанском футболе, то наверняка у вас сложилось свое мнение по правилу “молодых игроков”…

– Я понимаю Федерацию футбола Казахстана, которая хочет, чтобы свои молодые футболисты росли. Но, на мой взгляд, ребята должны доказывать право на место в основном составе своей игрой, а не каким-то лимитом. И еще, посмотрите, лучшие молодые казахстанские игроки, вышедшие из лимита, прошли через тяжелые травмы крестообразных связок и коленных суставов. Это и Сергей Хижниченко, и Юрий Логвиненко, и Вячеслав Эрбес, и Танат Нусербаев, у которого больная спина. Так произошло из-за того, что тренеры постоянно ставили их в состав, потому что на фоне другой молодежи они заметно выделялись. Эти ребята раньше времени получили колоссальные нагрузки, что отразилось на их здоровье. Молодежь надо вводить постепенно, ведь ребята еще не готовы физически и от усталости не могут выполнять тот объем, который от них требуют.

– Другой существующий лимит в казахстанском футболе – это ограничение на количество иностранцев. Он действует и в России. Правда, в последнее время все чаще говорят о его полной отмене…

– В этом вопросе проблемы России и Казахстана в чем-то схожи. У нас тоже не так много футболистов с российским паспортом, которые соответствовали бы уровню премьер-лиги. Поэтому суммы на их трансферы порой просто заоблачные. Если футболист – молодой россиянин, то за него требуют баснословные деньги. Яркий пример – Александр Кокорин, за переход которого “Анжи” заплатил “Динамо” 19 миллионов евро. За такие деньги можно купить аргентинца Карлоса Тевеса, с которым Кокорина просто нельзя сравнивать.

Почему в России нет казахстанских футболистов

– В заявке “Балтики” на сезон вы указаны как тренер по физподготовке. Что входит в ваши обязанности?

– Я помогаю главному тренеру (Евгений Перевертайло. – Прим. ред.) вести тренировочный процесс. Отдельно занимаюсь с теми футболистами, кто имеет немного игрового времени или недавно вернулся после травмы, а также – с нападающими. Должность тренера по физподготовке – это формально, для заявки на чемпионат.

– В свое время в той же “Балтике” играли несколько казахстанских футболистов. Почему сейчас наши игроки не востребованы российскими клубами?

– Не в обиду будет сказано, но они не пользуются спросом в российском чемпионате, потому что уступают тем, кто сейчас здесь играет.

– Может, просто за казахстанским рынком россияне следят не так внимательно?

– Ну почему же. “Кубань” приобрела Бауыржана Исламхана. Но подающий надежды футболист не пробился в основной состав, хотя считается в Казахстане одним из лучших. То же самое могу сказать про Джолчиева из “Тобола”. Ему выдавались большие авансы, но сейчас он травмирован, да и в быту ведет себя не всегда правильно. И даже Самат Смаков, Давид Лория, Андрей Карпович, Руслан Балтиев тоже, по большому счету, не были востребованы в российском чемпионате. Поверьте мне, селекционеры следят не только за казахстанским, но и за узбекским чемпионатом. Меня в свое время нашли в Костанае, когда команда занимала 9–10-е места. Я бы с удовольствием предложил в “Балтику” игрока из Казахстана, но не вижу, кто может приехать в Калининград и быть лучше тех футболистов, что играют сейчас.

Знакомые лица

– Чем занимаются ваши бывшие партнеры по “Балтике” и сборной Казахстана Дмитрий Ляпкин и Ренат Дубинский?

– Ляпкин работает в московском “Локомотиве-2”, выступающем во втором дивизионе (тренер молодежной команды. – Прим. ред.). Дубинский живет в Ярославле и тренирует местную команду по пляжному футболу.

– В декабре 2007 года вы играли за команду Калининграда на Кубке мира среди полицейских по футзалу. Какое отношение имеете к правоохранительным органам?

– Никакого. Но там можно было участвовать двум игрокам со стороны. Тогда я еще восстанавливался после травмы кресто­образной связки, и мне предложили поехать в Бельгию на этот турнир. Мы заняли там четвертое место. Никто не ожидал от нас такого хорошего выступления. Я и сейчас участвую в ветеранских турнирах за “Балтику”. Мы ездили в Киев, сейчас собираемся в латвийскую Лиепаю.

– А бывший игрок олимпийской сборной Казахстана Дмитрий Галич, работающий в “Балтике” старшим администратором, тоже выходит на поле?

– Нет. Он не проходит по возрасту – ему нет 40.

– Может, тогда заявите как “лимитчика”?

– (Смеется.) Хорошо. Я подумаю над этим вопросом.