Шлите помощь по адресу…

Но сколько у нас бедных?

Да не так уж и много у нас в стране бедных, звучит с трибун, ну сколько там? Миллиона три? “Накинуть всем по тысяче­другой – и все будут довольны”, – такое предложение внес мажилисмен Ромин Мадинов, известный в стране аграрий. Оно прозвучало, когда в связи с ростом цен на зерно начались разговоры о необходимости введения государственной монополии на хлеб. Но минула неделя – и оказалось, что тысячи маловато будет, резко поднялись цены на все продукты питания. И в бюджете спешно стали изыскивать средства, чтобы обеспечить “социальную подушку”. Нашли 4 миллиарда долларов: 1,5 – в неиспользованных средствах бюджета этого года и 2,5 – в бюджете следующего.

И вновь громкие речи о поддержке незащищенных слоев населения, увеличении суммы адресной социальной помощи.

Но тут еще один вопрос: а сколько вообще казахстанцев ее получают и в каком размере? Цифры, предоставленные министерством социальной защиты, превзошли все ожидания – адресную социальную помощь получают… 205 тысяч казахстанцев. А общая сумма, выделяемая на эти цели всеми местными бюджетами, едва превышает 1,9 миллиарда тенге. Мягко говоря, не очень разорительная статья расхода. При этом в бюджете 2008 года только на премирование правительства за успешную реализацию пилотных проектов закладывается 5 миллиардов.

Где проходит черта?

Получается, у нас всего 205 тысяч бедных? Да, отвечают в минсоцзащиты. Потому что в список входят те, кто живет за чертой бедности. А черта эта самая пролегает на 40­процентной отметке от прожиточного минимума. В III квартале этот порог составляет 4040 тенге на человека.

Зато в будущем году величина прожиточного минимума будет выше, она составит 10 125 тенге, соответственно немного “подвинется” и черта бедности. А также увеличится число казахстанцев, за ней оказавшихся. Ведь многие уже сегодня балансируют на грани. Более трех миллионов наших граждан живут сегодня на доходы ниже прожиточного минимума.

Вообще в ООН принят единый показатель для определения нищеты – 1 доллар в день. Для стран с холодной зимой, такой, как наша, – 2,15. То есть если человек может тратить на себя только 260 тенге в день и 7930 в месяц, он – нищий. И именно здесь пролегает истинная черта бедности. Сейчас, когда изменились мировые цены на нефть, и инфляция дает о себе знать во всех странах, эти показатели пересматриваются в сторону увеличения.

Но наше правительство позицию по методике определения черты бедности пока не меняет. Как не собирается пересматривать и Закон “Об оказании адресной социальной помощи” – тут, мол, никакого бюджета не хватит. И так еле нашли 1,3 миллиарда долларов, а потом еще четыре на бедствующую банковскую сферу… Многие парламентарии тоже с пониманием относятся к позиции правительства. Мы попытались узнать мнение экс­министра, а ныне парламентария Гульжаны Карагусовой по поводу справедливости методики начисления адресной социальной помощи. Не получилось: “У вас есть новый министр соцзащиты, спрашивайте об этом у него”. Впрочем, добавила, что “не успеваем поднять пенсии и социальные выплаты, а монополизированный рынок уже реагирует ростом цен”.

А докажи, что нищий!

Даже тот мизер, что предполагает сегодня адресная социальная помощь, получить нелегко. В подтверждение своей нищеты требуется представлять – каждые три месяца! – справки о составе семьи, совокупном доходе, месте жительства, объеме хозяйства и т.д. Доходы при этом учитываются абсолютно все – и в денежном, и в натуральном виде, за исключением жилищной помощи, пособий в связи с рождением ребенка и на погребение.

Насчет доходов “в натуральном виде” очень интересно. В основном это касается сельчан. Если на подворье есть корова, помощи можно не ждать. Авторы подзаконных актов и правил (явно городские!) просчитали, что одна буренка обеспечивает доход семье в 42 тысячи тенге в год. Любой сельчанин знает, что цифры эти завышенные. При этом никто не считает расходы на содержание животного. В натуральный доход войдут и десяток кур, и все кусты­деревья в огороде.

И получилось так, что адресную социальную помощь, по мнению депутатов, получают зачастую те, кто не желает работать, не прилагает никаких усилий, чтобы хоть как­то поддержать семью. И верно, чего проще: убыточную корову или поросенка – под нож, птицу – под топор, и иди собирай справки. Благо времени на это будет достаточно.

– Не от черты бедности нужно идти при выплате пособий, а от прожиточного минимума, – считает депутат Светлана Ферхо. – Только так мы сможем реально защитить малообеспеченные, многодетные семьи. И Закон “Об оказании адресной социальной помощи”, и соответствующее постановление правительства 2001 года нуждаются в пересмотре. А в связи с нынешней ситуацией актуальность вопроса еще более возросла.

Инициатива прозвучала, но откликов от правительства пока не последовало.

…Зато у нас в редакции раздался звонок из благодатного Щучинска. Нет, семья еще не за чертой бедности – на пятерых зарплата мужа в 12 тысяч тенге и хозяйство. Но свинью решили больше не держать – тонна ячменя (а именно столько ей необходимо) поднялась до 20 тысяч, за самого поросенка просят шесть. Плюс затраты на электроэнергию. А мясо принимают по 300 тенге за килограмм. Посчитали – невыгодно. Им бы помощь – да адрес не тот, у них еще небольшой огород есть…

Наталия БУРАВЦЕВА, Астана