С Петром Фоменко прощались пять часов

Панихида длилась почти пять часов. Открывший панихиду режиссер театра Евгений Каменькович, обращаясь к Фоменко, пожаловался: "Петр Наумович, мы ведь хотели собраться все вместе в сентябре. Вы же никогда не любили пафосных мероприятий в свою честь. Мы думали, что в сентябре мы отметим ваш прошедший юбилей". Как известно, в июле Фоменко исполнилось 80 лет. 

После этого Каменькович зачитал список из всех когда-либо поставленных Фоменко спектаклей, их оказалось 65, по окончании списка зал разразился овациями. 

"Мы сговорились так, что сначала проводим Петра Наумовича, отметим девять и 40 дней, а потом будем думать, что делать с театром, — сказал Каменькович. — Сезон уже спланирован, у Фоменко было такое свойство — он всегда накидывал план лет на 150 вперед. Перед нами грандиозная задача — освоить его "портфель". Мы всегда помогали его "носить", будем это делать и теперь". 

По его словам, Фоменко прощался с ними каждый день, передавал все "по наследству", а на следующий день приходил и репетировал. 

"Он плохо себя чувствовал в последнее время, но мозг его был светел. Он только немножко стеснялся появляться на публике, чтобы его не жалели. Это был самый внимательный человек на земле. Был очень чуток к жизни и был очень чуток к слову. Он действительно создал театр для людей, который понятен и авангардистам, и ретроградам. Мы все переживаем, но мудрые и старшие товарищи говорят: "Не плачь, ведь он всему нас научил", — поделился Каменькович. 

Режиссер Сергей Женовач сказал в свою очередь: "Мне трудно говорить. Это грустный день. Петр Наумович был мне родным, близким, сокровенным человеком, частью моей судьбы. Все, что я делал, освящено этим человеком. Когда была годовщина смерти Гончарова, учителя Петра Наумовича, Фоменко рассказывал, что пишет записочки ему в могилу. Думаю, что мы тоже будем вести какой-то диалог". 
Актриса Людмила Максакова назвала Фоменко гением режиссуры и великим учителем. "Его ученики разбрелись по всему театральному пространству Земного шара. И сегодня в России день траура — Петр Фоменко был совестью нации, он никогда не изменял своим принципам", — сказала она.

Режиссер-мультипликатор, друг Фоменко Юрий Норштейн сказал, что Фоменко стал лицом двух веков — XX и XXI. Он вспомнил, как впервые увидел спектакль "Война и мир". "Я никогда не думал, что этот роман можно поставить, как пушкинскую поэзию", — добавил режиссер, заметив, что искусство вообще вне понимания, "но у Фоменко это какое-то особое непонимание". "Это был человек небывалого юмора — тончайшего и трагического", — сказал он, добавив, что в жизни страны образовалась дыра. "Эта дыра никогда не затянется. Кто будет тот человек, который сможет аккумулировать все, что создал Фоменко? Ведь нужно время, чтобы театр стал снова работать", — сказал Норштейн. 

Театральный режиссер, художественный руководитель Московского театра юного зрителя Генриетта Яновская высказала предположение, что сейчас у Фоменко начинается третья жизнь. "Первая началась после изгнания из Москвы в Ленинград. Потом была его жизнь с ГИТИСом. А теперь начинается третья жизнь — где на его авторитет будут постоянно опираться, где его будут все время вспоминать и предполагать, как он будет смотреть на то или иное действие своих оставшихся учеников", — сказала она. 

"Ровно десять лет назад, в августе, я потерял своего отца. А теперь — второго, — сказал один из учеников Фоменко режиссер Иван Поповски. — Он всегда на репетициях говорил нам "Не ставьте точку, идите вперед", теперь мы попробуем. Но, как он говорил, вера есть, а уверенности нет. Но мы будем стараться держаться вместе". 

Поповски рассказал, что Фоменко любил выражение из английской грамматики — Future in the Past — "будущее в прошлом". 

"Оно ему нравилось — и как парадокс, и по содержанию. Не забывать оглядываться, идя вперед. В такое турбулентное время для репертуарного театра мы постараемся не бояться работать на будущее, но если раньше мы видели будущее вместе с ним, а прошлое — с великими, но далекими людьми, то теперь в этом прошлом родной для нас человек", — сказал Поповски. 

По словам Сергея Пускепалиса, Фоменко изменил картину его мира и дал надежду. 

"Он для многих являлся примером человеческой и творческой жизни. Я ему обязан всем. Он дал надежду театральному народу на то, что существует театр, где во главе угла творческие интересы, где существует настоящее товарищество, где люди на сцене интересны людям в зале каждый раз заново", — сказал Пускепалис. 

По окончании церемонии прощания гроб с телом Фоменко понесли по его любимому маршруту — из Большого зала театра на набережной Тараса Шевченко по помещению его библиотеки, где он часто любил работать. Фоменко похоронили на Ваганьковском кладбище.