С бору по сосенке, государству – прибыль?

Через два года истекает срок 10-летнего моратория на сплошные рубки хвойных пород и вывоз лесоматериалов за границу. В свое время эти запреты, а также создание крупных особо охраняемых природных территорий смогли сбить вал браконьерства в Восточном Казахстане. На спад пошли случаи массовых поджогов и самовольных рубок. Изменилось и отношение местных жителей к лесу – большинство селян перестало видеть в хвойных угодьях личное подсобное хозяйство.

Запретный лес

Так стоит ли отменять лесные ограничения? Не выгодней ли сделать мораторий бессрочным?

Не выгодней – считают восточноказахстанские лесопромышленники. И объясняют: лес – это сырье, а сырьевые ресурсы должны приносить доход.

– 15 лет назад расчетная лесосека по Восточному Казахстану составляла почти 2 миллиона кубов, – рассказал глава Ассоциации лесной, деревообрабатывающей и мебельной промышленности Владимир РЕЗАНОВ. – 10 лет назад она сократилась до миллиона кубов. Сейчас разрешено рубить 675 тысяч. С одной стороны, государство развалило свою лесопромышленность, с другой – накопило старый перестойный лес, который перестал выполнять экологические функции.

Есть и другой побочный эффект лесных реформ, о которых не раз писал “Караван”. Из-за распада крупных лесозаготовительных хозяйств и строгостей, которые действуют на особо охраняемых природных территориях, в упадок пришли многие таежные поселки. Сегодня практически в призрак превратились катонская Язевка, маркакольские Орловка, Еловка… В Катон-Карагайском районе с его крупнейшим природным нацпарком селяне попали буквально в западню. Вот только один пример: охраняя тайгу, парк до минимума сократил отпуск дров на зиму. Люди перешли на уголь, цена которого, с учетом доставки в отдаленный район, этой зимой составила 7,5–8 тысяч тенге за тонну, а на зиму нужно не меньше 5–6 тонн. Получается, 50–60 тысяч тенге – космическая по деревенским меркам сумма. Хотя веками дрова здесь заготавливали бесплатно или за символическую плату.

Подобных примеров масса.

– Сейчас ввели новые запреты – пояснил В. Резанов. – В полосах шириной от 500 метров до 2,5 километра вдоль рек запретили любое лесопользование – сенокосы, пастбища, рубки, сбор грибов, ягод… Все крестьянские хозяйства, мараловоды, фермеры, заготовители разом оказались вне закона.

Вечный ресурс

В свое время лесной сектор экономики планировалось восстановить к 2010 году. Создать для местного населения новые рабочие места. На деле все получилось наоборот. По статистике, число работников в лесопромышленности за последнее десятилетие сократилось почти в 6 раз, объемы лесопереработки – в 10 раз. Год назад представители лесного бизнеса направили в Астану обращение с призывом срочно вмешаться, внести поправки в Лесной кодекс.

– Мы предложили свыше 30 изменений и дополнений, – рассказал глава ассоциации лесопромышленников. – По отводу и освоению лесосек, правилам рубок, обязательному лицензированию всех заготовителей. Например, сейчас при заготовке леса правилами предусмотрено “равномерное разбрасывание сучьев”. И тут же в Лесном кодексе прописаны штрафы за неочищенный участок. Разве это не лазейка для коррупции?

Пироги печет сапожник?

Важная проблема – профессионализм в лесном хозяйстве. Последнее назначение в Риддере вызвало у лесопромышленников много вопросов. На должность начальника крупнейшего лесоучреждения пришел специалист… по торговле, бывший главный инспектор акима области.

– К руководству лесхозами в ряде случаев пришли люди, далекие от лесного хозяйства, – говорит глава ассоциации, – а лес требует специальных технических знаний. Мы предлагаем передать все управление, в том числе вопросы кадров, республиканскому агентству лесного сектора экономики. Создать единую академию на базе Щучинска или Риддера, где еще есть кадры, научная база… В этом случае лет через 15 республика сможет получить профессиональных руководителей-лесников.

Восточный Казахстан – главный лесной регион республики. Здесь расположено больше 60 процентов гослесфонда страны. Крупнейшие таежные массивы, сосновый бор Прииртышья. Удастся ли государству поднять лесную экономику и сохранить при этом зеленое богатство?

Вопрос пока остается открытым.

Усть-Каменогорск