Развивающаяся диверсификация

Объем транспортировки составил 7 млн. 974 тыс. тонн, что, по словам руководства «КазТрансОйла», составляет 102 процента плана, который предусматривал 7851 тыс. тонн.
В прошлую пятницу, на пресс-конференции в Астане, генеральный директор компании Аскар Сманкулов отметил, что «увеличение объемов транспортировки нефти обусловлено увеличением объемов добычи и сдачи нефти нефтедобывающими компаниями».
Рост объемов поставляемой для транспортировки нефти позволил заметно увеличить грузооборот по системе «КазТрансОйла». За первый квартал года он составил 6 млрд. 261 млн. т/км, что превысило запланированные показатели на 11%, а по сравнению с первым кварталом прошлого года грузооборот увеличился на 416 млн. т/км, то есть на 7%.
Немногим более месяца назад министр энергетики и минеральных ресурсов Владимир Школьник, выступая на пленарном заседании Сената, где депутаты ратифицировали Рамочное соглашение об институциональных основах создания межгосударственной системы транспортировки нефти и газа, отметил, что «с 2008 года существующей транспортной системы для транспортировки нефти и газа нам не будет хватать». Тогда он пояснил, что под существующей транспортной системой он имел в виду не только действующие нефтепроводы КТК и Атырау — Самара, но и будущий нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан. Кроме того, В. Школьник подчеркнул: «В 2015 году Казахстан выйдет на добычу нефти минимум 150 млн. тонн, и тогда перед нами задача доставки нефти на международные рынки станет особенно остро».
Одним из перспективных направлений транспортировки казахстанской нефти, как известно, является китайское.
На своей последней пресс-конференции в качестве президента «КазМунайГаза» Ляззат Киинов охарактеризовал китайский рынок как огромный, «который будет брать и глотать все». В этой связи, сказал Л. Киинов, возникает потребность в строительстве нефтепровода, однако, несмотря на «предложение казахстанской стороны, чтобы китайцы сами построили своими силами и на свои средства этот нефтепровод», они до последнего времени отвечали, что «сейчас у них объемы добычи в Казахстане очень малы (добыча ведется только на Кенкияке), и это не оправдывает строительство такой большой трубы».
Обнародованное в марте решение «British Gas» продать свою долю участия в Соглашении о разделе продукции по Северному Каспию (СРП) двум китайским компаниям (каждой 8.33% за $615 млн.), очевидно, сдвинуло этот процесс с мертвой точки. Во всяком случае, китайская сторона получила надежду на то, что, в случае успешного завершения сделки, она получит реальный выход к казахстанскому шельфу, а казахстанские власти с недавнего времени вновь заговорили о китайском направлении транспортировки, как о чем-то вполне осуществимом. Неслучайно А. Сманкулов на пресс-конференции в Астане затронул эту тему, отметив, что затраты на строительство этого нефтепровода из Казахстана в КНР составят около $850 млн., часть которых «может быть инвестирована «КазТрансОйлом» и китайской стороной». Первая часть трубопровода по маршруту Атырау-Кенкияк уже построена — 28 марта введена в строй первая очередь (хотя первоначально предполагалось это сделать 16 декабря минувшего года). Протяженность трубы по проекту составляет 448,8 км, а его общая стоимость — $160 млн., причем мощность нефтепровода должна постоянно увеличиваться в течение ближайших лет: на начальном этапе — 6 млн. тонн нефти в год, в 2004 она будет доведена до 9 млн., а в 2005 — до 12 млн.
Вторая его часть будет пролегать по маршруту Атасу-Алашанькоу длинной 1010 км. «В ближайшее время проектные работы по строительству нефтепровода в сторону Китая будут начаты в полном объеме. Я думаю, что в конце года мы закончим проект и передадим его на экспертизу», — сказал глава «КазТрансОйла». При проектировании строительства нефтепровода будет использовано технико-экономическое обоснование, основой которого, вероятно, станет ТЭО, разработанное еще в 1999 году Атырауским научно-исследовательским институтом «Каспиймунайгаз».
По словам А. Сманкулова: «Эта труба будет, однозначно. Все зависит только от сроков». Руководство «КазТрансОйла» считает, что нефтепровод может быть построен за два года. Однако проект этот в значительной мере чувствителен к экономической и политической конъюнктуре, которая в будущем сможет существенно повлиять на темпы строительства, поэтому многое будет зависеть от последствий иракской войны и последующих структурных изменений мирового рынка.
По понятным причинам, в стратегическом (политическом) отношении для казахстанского правительства сегодня более важным представляется участие в проекте ВТС, который время от времени начинает пробуксовывать. В частности, в последние дни возникли проблемы с турецкой стороной, задерживающей строительство на своем участке. Как вынужден был признать на днях министр иностранных дел Турции Абдулла Гюль: «Проблемы с приобретением земельных участков для строительства экспортного нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан, а также налоговые вопросы задерживают реализацию проекта в Турции».
Этой теме были посвящены переговоры в Анкаре президента компании BP -Азербайджан Дэвида Вудворта с руководством турецкой трубопроводной госкомпании Botas и представителями правительства страны. Ранее ВТС Со. направила турецкому правительству письмо за подписью Майкла Таунсенда, исполнительного директора трубопроводной компании, с просьбой разобраться с ситуацией по налогообложению, а также о предоставлении Botas более широких полномочий в выборе подрядчиков в строительстве турецкого участка трубопровода БТД, поскольку Botas‚ «будучи государственной компанией‚ свои действия обязана согласовывать с турецким правительством‚ на что уходит лишнее время». Видимо ответ правительства Турции на письмо BTC Co. не удовлетворил руководство ВР. Поэтому было принято решение обсудить данные проблемы с официальными турецкими представителями при личной встрече (после которой, кстати, турецкая сторона заверила ВР и ВТС Со., что уладит эти проблемы в кратчайшие сроки).
Кроме того, все еще не решена проблема финансирования азербайджанской и грузинской частей проекта со стороны международных финансовых институтов, хотя в ВТС Со. и ГНКАР продолжают считать, что задержка с данным финансированием «не отразится на сроках реализации проекта». В прошлую субботу первый вице-президент ГНКАР Ильхам Алиев, в частности сказал, что компания, ввиду задержки выделения кредитов, «будет изыскивать возможности для финансирования своей доли в проекте трубопровода за счет собственных средств».
Поскольку будущее участие Казахстана в проекте во многом обусловлено политическими мотивами, то, несмотря на планируемое в Казахстане поступательное увеличение объемов добычи нефти с газовым конденсатом (до 56 миллионов тонн к 2004 году и до 61,2 миллиона тонн к 2005 году), перспективы присоединения республики к проекту все еще вызывают большие сомнения в среде иностранных компаний, в том числе и в руководстве ВР — оператора строительства.
Развеять их пока что не могут даже продолжающиеся официальные переговоры между Азербайджаном и Казахстаном. Очередной их раунд должен пройти в конце мая — начале июня в Баку. Встреча будет приурочена к проведению 10-ой международной нефтегазовой выставки. Казахстанскую делегацию, как обычно, возглавит управляющий директор по транспортной инфраструктуре и сервисным проектам ЗАО «КазМунайГаз» К. Кабылдин. Переговорный процесс в настоящее время ограничивается обсуждением юридических вопросов: стороны пока не предполагают подписывать технических соглашений, «так как эти вопросы требуют большой и углубленной работы».
Посол Казахстана в Азербайджане А. Шукпутов на прошлой неделе сказал Azer-press, что на предстоящих переговорах в Баку стороны «обсудят перспективы будущей работы, ход подготовки межправительственного соглашения и некоторые коммерческие вопросы. Сейчас обсуждаются возможные варианты транспортировки нефти».
По мнению представителей ГНКАР, Казахстану необходимо подготовить соглашение страны обладательницы транзитной территории с иностранными компаниями, «которые будут являться шиперами, либо владельцами нефти, либо поставщиками». Речь здесь идет первую очередь о четырех иностранных компаниях, вошедших в прошлом году в BTC Co. и работающих в Казахстане: Eni (5%), TotalFinaElf (5%), INPEX (2,5%) и ConocoPhilips (2,5%). Кроме того, как отметил, в свою очередь, А. Шукпутов, в Казахстане «есть ряд месторождений, запасы которых вполне привлекательны. На разработку этих площадей будут объявляться тендеры, и операторы этих месторождений также будут рассматривать возможность транспортировки своей нефти по BTC».
В целом, уже к 2005-2007 гг. BTC Co. будет готова (и, скорее всего, даже рада) предоставить Казахстану в трубопроводе мощности для прокачки до 7 млн. тонн нефти в год. На мартовских переговорах в Алматы президент ГНКАР Натик Алиев напомнил, что БТД «создается как транспортная система для доставки на мировые рынки прежде всего азербайджанской нефти». Но «любой нефтепровод, конечно, является более экономичным, более эффективным в его эксплуатации, чем больше по нему прокачивается нефти. В этом смысле для компании BTC важно, чем больше нефти будет прокачиваться по этому нефтепроводу, тем лучше».
Однако вполне понятно, что Казахстан не собирается ограничиваться азербайджано-турецким направлением экспорта. По информации «КазТрансОйла», при условии успешной реализации долгосрочной программы развития, компания сможет принимать до 70 млн. тонн нефти начиная с 2010 г. В «рамках новых производственных задач, а также в целях повышения конкурентоспособности трубопроводной системы КТО», в текущем году объем капитальных вложений компании составит 30 млрд. тенге.
Сегодня казахстанские власти все чаще и отчетливее стали говорить о возможном участии в других международных проектах: Казахстан — БТС с выходом к Балтийскому морю, Одесса — Броды — Гданьск, Казахстан — Туркменистан — Иран (ТЭО последнего, как ожидают, будет готово уже летом этого года). Правда, пока до сих пор не было сделано каких-либо комментариев по поводу того, как Казахстан намерен воспринимать в будущем реакцию США, России, а также ОПЕК, которые, по-своему, уже сейчас демонстрируют свое негативное отношение к некоторым из этих проектов.
Пару недель назад руководство Объединенных Арабских Эмиратов выступило против строительства новых казахстанских экспортных нефтепроводов. В отчете министерства нефти и минеральных ресурсов ОАЭ о мировой торговле углеводородами, выполненном по заказу ОПЕК, говорится, что, в случае будущей реализации проектов трубопроводов из республики в Турцию, Китай, Иран, Афганистан, Индию и т.д., можно ожидать, что экспортируемая «казахстанская продукция вызовет хаос на нефтяных рынках этих стран».