ПСИХОпомрачительный конфликт

“Караван” первым озвучил проблему, которая назревала уже не один год, и не только в Караганде.

В статье “Психолог от слова “псих”?” (№ 14, от 5 апреля 2013 года) мы писали, как изменения в судьбе и мировосприятии людей, посещавших психолога, настроили против них не только их близких, но и чиновников.

В итоге деятельность психолога Надежды ШЕРЬЯЗДАНОВОЙ была признана медицинской, а значит, подпадающей под лицензирование. И запрещена на том основании, что лицензии на медицинскую деятельность у психолога не было. Примечательно, что такие выводы сделали… медики – специалист департамента Комитета контроля медицинской и фармацевтической деятельности Министерства здравоохранения РК Ольга СМИРНОВА (психиатр по образованию) и три врача из областного психоневрологического диспансера.

Хотя законодательно в нашей стране психологическая деятельность не лицензируется, а психология не является сферой, подведомственной Минздраву. Отсюда вопрос: а законны ли тогда выводы таких экспертов?

В замкнутом круге

Клиентов психолога больше всего возмутил тот факт, что в акте проверки они были указаны как пациенты. То есть нуждающиеся не просто в советах специалиста, а в лечении. Год они обивали пороги различных кабинетов, умоляя и требуя, чтобы упоминания о них были изъяты из акта проверки деятельности психолога. Взывали к логике, открывали тайны своей личной жизни, чтобы объяснить, с какими проблемами обратились к психологу. Даже предоставляли справку из столичного психоневродиспансера, где прошли полное обследование, о своей полной вменяемости.

Но ответ везде был один: нельзя вносить изменения в документ, скрепленный печатью.

– Было такое чувство, что мы попали в какое-то другое измерение, где все говорят на другом языке и мыслят другими категориями, – говорит одна из “пациенток” Надежды Шерьяздановой Сания ЗВЕРЕВА. – Мы рассказывали, какие глубокие позитивные изменения произошли с нами после обращения к психологу. Например, я похудела на 40 килограммов, стала следить за собой, уделять больше времени своим детям. Но это никого не интересовало. Нас просто не слышали…

Довели до отчаяния

Женщины, по их словам, перепробовали все способы решить ситуацию мирным путем, прежде чем пойти на крайний шаг – на прошлой неделе они устроили голодовку.

– Никогда не думали, что сможем решиться на такое, – пояснила одна из голодающих клиенток психолога Александра ШУЛЬГИНА. – Мы пошли к психологу для того, чтобы решить наши житейские проблемы в отношениях – с родственниками, коллегами. А карагандинские чиновники от медицины, получается, поставили нам диагноз: мол, “психи”! И довели до такого отчаяния, что мы были вынуждены пойти на такой шаг! Чтобы нас просто услышали…

Никто не хотел уступать

Впрочем, и голодовка не принесла результата. Все, что сделали власти, – это прислали всем пятерым повестки в административный суд за проведение несанкционированной акции протеста.

Чиновники же провели сначала пресс-конференцию, на которой вели речь лишь о причинах запрета деятельности психолога, которого они посчитали психотерапевтом.

А затем, по настоянию акима района им. Казыбек би Жаната ИСКАКОВА организовали “круглый стол” со всеми участниками конфликта, в самом начале которого категорично заявили: акт проверки не обсуждается! Мол, диалог состоится, только если “пациенты” изменят свое отношение к ситуации. Поскольку клиенты психолога не согласились с постановкой вопроса, чиновники просто покинули кабинет…

Караганда

Компетентно

Прокомментировать ситуацию, сложившуюся в Караганде, мы попросили директора Института психоанализа Анну КУДИЯРОВУ.

– Насколько в Казахстане разделена деятельность психологов, психотерапевтов и психиатров?

– В этом и вся загвоздка! Ситуация в Караганде отражает состояние дел с психиатрией и психологией в Казахстане в целом.

У нас до сих пор нет четко прописанного распределения обязанностей и формы помощи между психологами и психотерапевтами. Не прописано это в законах и подзаконных актах. Хотя психология представлена огромным количеством подвидов – к примеру, той же гештальт-терапией, символ-драмой, НЛП и прочими.

К примеру, в Италии даже психоаналитики, имеющие серьезное образование, не получают лицензии. Она им не нужна. Даже сидящая на улице полуграмотная старушка, которая гадает и дает советы, имеет право на это, если она помогла хоть одной плачущей душе.

Кроме того, в карагандинской истории возникает вопрос: а судьи кто? Есть ли у них самих гештальт-образование, которое дает право судить, насколько квалифицированно работал психолог?

Назрела необходимость обсудить этот вопрос. Иначе подобных ситуаций будет множество.