Профессионально здоровые

Не верите? Мы тоже. Но эти потрясающие данные прозвучали в недавнем выступлении председателя комитета госсанэпиднадзора минздрава РК Анатолия Белонога на брифинге в Караганде.

Похоже, нам есть, чем гордиться, – таких великолепных показателей нет ни в одной высокоразвитой стране. К примеру, в Финляндии уровень профессиональных болезней на производстве в 35 раз выше, чем у нас. А Америке и вовсе до нас, как до Луны. Только в России, возможно, дела обстоят получше – там на 85 миллионов рабочих 12 тысяч профбольных. В относительных пропорциях это еще меньше, чем у нас.

Реальность и статистика

Главный санитарный врач республики, откровенно говоря, очень неохотно поделился данными о состоянии здоровья казахстанских рабочих. И это понятно – трудно поверить, что казахстанские шахтеры здоровее финских.

Горно­металлургический комплекс остается у нас самым опасным и самым неблагополучным в отношении условий труда.

В Карагандинской области преобладают предприятия этой отрасли.

Только на предприятиях корпорации “Казахмыс” работают более 50 тысяч человек. Из них половина занята на работах с вредными и опасными условиями труда. А около 10 тысяч работают в подземных условиях на рудных шахтах.

26 тысяч казахстанцев трудятся в угольном департаменте АО “Миттал Стил”. Из них 11 тысяч – подземные шахтеры, работающие в режиме 12­часового рабочего дня.

Средняя продолжительность жизни подземного рабочего и металлурга горячего цеха 50–55 лет.

Это объективная реальность.

В 2006 году первичных случаев профессиональных заболеваний в Казахстане в угольной промышленности было выявлено 73, в цветной металлургии – 23.

Это цифры статистики.

Но есть и более уникальные данные: в Западном регионе, где численность работающих на вредных и опасных производствах превышает 100 тысяч человек, за прошлый год не выявлено ни одного рабочего с подозрением на какое­либо профзаболевание!

Кто заказывает музыку

– Сейчас в стране практически нет медицинских организаций, занимающихся профессиональными патологиями, – говорит Сауле Мухаметжанова, главный врач национального центра гигиены труда и профзаболеваний минздрава РК. – Существовавшая в советские времена сильная и профессиональная структура исчезла в результате многочисленных оптимизаций. И люди становятся инвалидами с тяжелейшими осложнениями из­за того, что болезнь вовремя не выявили и не вылечили.

Выявлять некому – медицинские комиссии, которые проводят медосмотры, не укомплектованы узкими специалистами­профпатологами. Даже в Карагандинской области, где расположен национальный центр гигиены труда и профзаболеваний, всего лишь три (!) врача­ профпатолога.

Болеть? Слишком дорого!

По данным национального центра гигиены труда и профзаболеваний, сегодня только в Карагандинской области более 70 тысяч человек работают во вредных и опасных условиях. Износ основных фондов, механизмов и техники на предприятиях составляет от 50 до 100 процентов.

Износ человеческого организма, работающего в таких условиях, к сожалению, сегодня никто не определяет. Это невыгодно работодателю. Этого опасается и сам рабочий.

– Работодатели делают все возможное, чтобы не регистрировать профессиональное заболевание, – говорит председатель федерации профсоюзов Карагандинской области Александра Мадиярова. – Всеми силами добиваются, чтобы больной рабочий пошел на инвалидность по общему заболеванию. На шахтах “Миттал Стил” за десять лет удивительным образом в десять раз снизилась профессиональная заболеваемость! На шахте имени Ленина в 1995–1998 годах ежегодно устанавливалось до 50 профессиональных заболеваний. А сегодня на той же шахте за год от силы 3–8 случаев.

Столь резкое снижение уровня профзаболеваний, конечно, никто не связывает с улучшением условий труда. Все просто: за утрату трудоспособности по профзаболеванию платит работодатель. Инвалида по общему заболеванию содержит государство.

Разница в суммах значительная. И рабочие порой только в суде добиваются справедливости. Сделать это не так просто. Частные предприятия, корпорации располагают целым штатом профессиональных юристов, которые стоят на страже каждой хозяйской копейки.

Александра Мадиярова привела в пример историю одного рабочего шахты имени Ленина, который четыре года судился с работодателем, доказывая, что позвоночную грыжу и радикулит он получил в результате 15 лет подземной работы. Свое заключение в пользу рабочего сделал национальный центр профзаболеваний, которому пришлось для этого четыре раза собирать конфликтную комиссию. Но администрация шахты отказалась признавать профзаболевание. И только на пятый год судебных тяжб рабочий добился положительного решения. Таких примеров – множество.

Но есть и другая сторона проблемы

– Рабочие крупных предприятий, получая стабильную заработную плату, боятся потерять работу, – говорит Сауле Мухаметжанова. – И очень часто скрывают симптомы болезни, не думая о том, что через несколько лет они могут стать инвалидами. Больше боятся, что хозяин, узнав о болезни, постарается любым способом избавиться от больного работника, который сегодня реально не защищен ни государством, ни законом, ни какими­либо общественными организациями.

Болезнь в законе

Медики Казахстана, а также их коллеги из России, собравшись в Караганде, решали, что делать. Директор национального центра гигиены труда и профзаболеваний профессор Ермек Сраубаев считает: выход один – создать государственную (!) систему медицины труда и четкой нормативно­правовой базы по этому вопросу. Структуру медицины труда и придумывать заново не надо. Нужно только вспомнить и восстановить то, что было раньше, – пока есть те, кто эту систему создавал.

От этого зависит, смогут ли наши рабочие позволить себе заболеть на законных основаниях. И не опасаться умереть “здоровым” от тяжкой болезни.

Татьяна Тен, Караганда