Почему Россия прощает всем долги, а Казахстану нет

“КАРАВАН” задался вопросом: есть ли у Казахстана возможность попасть в этот список и тоже избавиться от внешних обязательств перед Россией?

Эксперты уверены, что у России шансов вернуть свои деньги все равно не было: задолженность Киргизии образовалась много лет назад, все эти годы бюджет у нее был дефицитным, поэтому для поддержки своей экономики страна вынуждена была занимать деньги у внешних доноров. Теперь финансовые обязательства официального Бишкека перед Москвой обнулены, и Киргизия может направить сэкономленные средства на собственное развитие.

Так может, и Казахстану имеет смысл напроситься к России на списание? По информации комитета казначейства минфина РК, 25 апреля 2017 года общий государственный долг Казахстана составлял 11,642 триллиона тенге, а к 4 мая он вырос уже до 12,016 триллиона тенге. Часть этой суммы – долг перед Россией.

Экономист Айдар Алибаев уверен: такой сценарий “прощения” невозможен. Экономическая ситуация в Казахстане значительно лучше, чем в Киргизии, да и наработанным имиджем рисковать он не имеет права. Негоже нефтедобывающей стране идти с протянутой рукой!

– У нас действительно огромный внешний долг, и он давит на нас очень сильно. Если бы его кто-то списал, было бы здорово. Но этого никто не сделает. Мы не сможем убедительно сформулировать необходимость списания долга. Мы позиционируемся на территории бывшего СССР как достаточно благополучная республика, имеющая очень серьезные доходы и неплохой политический режим. На этом фоне тема списания Россией казахстанского госдолга выглядит несколько абсурдной, и наше руководство просто не будет ставить такой вопрос, – полагает эксперт.

– Может ли случиться так, что Россия простит Казахстану его долг? Не дай бог нам такой перспективы! Потому что это будет означать, что Казахстан совсем в плачевной ситуации, – таково мнение экономиста Петра Своика.

Он уточняет: у Казахстана и России есть одна общая болезнь – обе страны зависимы от внешних заимствований.

– Оба наших государства являются “монетарными колониями” мировой метрополии, столица которой находится в США. Внешний долг Казахстана, как и правительственная часть этого долга, существует именно потому, что деньги для развития приходится занимать извне. И, по всей видимости, казахстанский долг перед Россией имеет матрёшечный вид. Россия сама является “монетарной колонией”, но более высокого уровня, у нее все же больше денег. Казахстан, видимо, занимает у России вторичным образом, – предполагает экономист.

Сейчас, добавляет он, актуальная задача для обеих стран – перейти на собственную национальную кредитную и инвестиционную политику.

– А в рамках этой системы возникнут и совместные инвестиционные проекты, и взаимоотношения правительств Казахстана и России, в том числе долговые, будут иметь совсем другую конфигурацию, – считает Петр Своик. – Новая политика будет начинаться с фиксации курса. Это плавание туда-сюда – как раз и есть признак колониальной монетарной вторичности. Валюта, в которой осуществляется внутриэкономическая деятельность, не должна плавать вокруг валюты, в которой осуществляется внешнеэкономическая деятельность. Между этими двумя валютами должен быть фиксированный паритет. Только это и позволит осуществлять собственную национальную кредитную и инвестиционную эмиссию и в России, и у нас.

Пока же тенге в Казахстане нестабилен. При каждом скачке курса главный аргумент финансовых менеджеров – неустойчивая цена на нефть.