"От «декоративных пони» до «нафталинового социализма»" - политолог

«Ещё несколько дней назад казалось, что обмен колкостями между Respublica и «Ак жол» — единичный эпизод, локальная перепалка двух партий, претендующих на один и тот же предпринимательский электорат. Но по мере того как остальные партии одна за другой проводили свои съезды, стало видно: это была не случайная вспышка, а первый ход в цепной реакции. За шесть дней, с 4 по 9 июля, свои съезды провели шесть из семи допущенных к выборам партий, и почти на каждом из них прозвучала не только программа, но и адресная или полуадресная критика в адрес политических соседей. Седьмая партия, «Әділет», проведёт съезд позже.

Началось всё действительно с Respublica и «Ак жол». На съезде 4 июля представители Respublica, не называя конкретной партии, сравнили политические силы, десятилетиями называющие себя «голосом бизнеса», с «декоративными пони» — породистыми на вид, но лишёнными реального результата. Адресат читался однозначно. Ответ прозвучал уже на следующий день на съезде «Ак жол», причём не от первого лица партии: сама Дания Еспаева ограничилась презентацией программы «Перемены неизбежны», а полемику взял на себя председатель Карагандинского филиала Ермек Абильдин, напомнивший, что репутация зарабатывается законодательной работой, а не громкими интервью, и уколовший оппонентов за ставку на блогеров и TikTok. Отдельно депутат Мангистауского маслихата от «Ак жол» Бекнур Бисенов раскритиковал уже безадресно тех, кто обещает решать любые проблемы за счёт государства, назвав это безответственным популизмом.

Дальше цепочка не оборвалась, а продолжилась — просто с другими участниками. На съезде «Ауыл» 6 июля депутат Жигули Дайрабаев, не называя партию напрямую, задал риторический вопрос о том, где заканчивается идеология и начинается маркетинг, если идеи защиты человека труда продвигает успешный коммерсант из крупного бизнеса, — намёк, который наблюдатели связали с новым, пришедшим из бизнес-среды руководством Народной партии Казахстана: НПК 27 июня возглавил 40-летний бизнесмен Нурсултан Шоканов, сменивший Ермухамета Ертысбаева. И действительно, уже на следующий день, на съезде самой НПК, именно Ертысбаев, выступая уже в качестве экс-председателя, прошёлся сразу по четырём конкурентам разом: «Байтак» он упрекнул в отсутствии смысла существования, раз экологическая повестка и так стала частью государственной политики; ОСДП оспорил в праве называться «общенациональной» социал-демократической силой, напомнив, что и НПК придерживается тех же принципов; Respublica досталось за название латиницей и за претензию на защиту бизнеса, который, по его словам, и так надёжно защищён Национальной палатой предпринимателей «Атамекен»; а «Ауыл», по его мнению, декларирует заботу о селе, но на практике лоббирует интересы крупного агробизнеса. Единственной партией, которую Ертысбаев назвал серьёзным конкурентом, оказалась ещё не проводившая съезд «Әділет».

ОСДП, съезд которой прошёл 8 июля, не осталась в долгу: председатель партии Асхат Рахимжанов заявил, что партия не намерена подстраивать принципы «под бизнес-интересы или отжившие социально-политические утопии», а руководитель столичного филиала Талгат Омаров напомнил, что при голосовании по отчёту правительства об исполнении бюджета именно ОСДП оказалась единственной фракцией, проголосовавшей против, — упрекнув тем самым НПК в том, что её депутаты поддержали, по его формулировке, «антинародный» отчёт вопреки собственной социальной риторике. А на съезде «Байтак» 9 июля, помимо неожиданного внутрипартийного конфликта — член политсовета Аскар Иманлиев без разрешения президиума поднялся на сцену и предложил переизбрать председателя Азаматхана Амиртаева, заявив, что программа недостаточно «зелёная», — сам Амиртаев в своей речи назвал часть оппонентов «политическими соловьями Старого Казахстана», «политиками-флюгерами» и «полумёртвыми демагогами», пытающимися «утащить страну на кладбище советской власти» — риторика, безадресная, но узнаваемо направленная против традиционных левых и государственнических партий.

Если сложить всё это вместе, получается не череда изолированных стычек, а почти замкнутый круг взаимной критики, в котором поучаствовали фактически все, кто успел провести свой съезд: Respublica уколола «Ак жол», «Ак жол» ответила Respublica и обобщённому популисту, «Ауыл» намекнула на НПК, НПК в лице Ертысбаева задела разом четырёх конкурентов, ОСДП ответила НПК, а «Байтак» безадресно, но узнаваемо задела традиционные левые силы. При этом критика распределяется не хаотично, а вдоль вполне узнаваемой линии разлома: партии, только что обновившие руководство и претендующие на статус новых и деятельных, — Respublica, отчасти НПК с молодым бизнесменом во главе, «Байтак» — упрекают конкурентов и «старую гвардию» в архаичности и пустых лозунгах, а партии с более традиционной, лево-социальной риторикой — ОСДП, «Ауыл», сам Ертысбаев — указывают оппонентам на подмену идеологии бизнес-интересами или маркетингом. Получается не просто «все против всех», а спор о том, кто на самом деле имеет право говорить от имени той или иной группы избирателей — предпринимателей, села, человека труда, экологически озабоченных горожан.

Показательно и то, что почти в каждом случае жёсткая риторика звучала не из уст первых лиц партии. Дания Еспаева и Азат Перуашев ограничились презентацией программы «Ак жол», Ертысбаев к моменту своего выступления формально уже не был председателем НПК, а на самом остром выступлении «Байтак» инициатором конфликта стал не председатель, а рядовой член политсовета. Функцию нападения почти везде взяли на себя фигуры второго эшелона — председатели региональных филиалов, отставные лидеры, депутаты не первого ряда, — тогда как действующие руководители партий сохраняли репутационную дистанцию и говорили исключительно о программах. Это распределение ролей выглядит слишком системным, чтобы быть случайностью.

И в этой системности, пожалуй, главный смысл происходящего. Курултай впервые формируется по единому общенациональному партийному списку, без округов и без президентской квоты, а значит, у партий просто нет возможности отсидеться в своей нише: все семь политических сил конкурируют за один и тот же совокупный пул голосов, пытаясь застолбить в нём разные сегменты. Программные части у всех шести партий получились почти неотличимыми друг от друга — все говорят о поддержке бизнеса, цифровизации, прозрачности и социальной справедливости, — а вот критика конкурента становится единственным доступным способом обозначить разницу там, где сами программы уже не справляются с этой задачей. Именно поэтому взаимные уколы возникли не в разгар агитационной кампании, а буквально на старте, ещё до завершения регистрации партийных списков: партиям важно застолбить свою политическую идентичность и захватить повестку раньше, чем это сделает сосед по электоральному полю.
До дня голосования, 23 августа, остаётся немногим больше полутора месяцев. Свой съезд ещё не провела только «Әділет» — последняя из семи партий. И если тенденция шести предыдущих съездов сохранится, вряд ли она ограничится одной программой: борьба за повестку, судя по всему, будет только нарастать.», — считает политолог Томирис Казыбекова.