Образование не с парадного входа

Сотрудники некоторых отечественных изданий (мне почему-то не хочется называть их журналистами) поспешили назвать нашу страну самой образованной. На мой взгляд, это примерно то же самое, как если бы построить в вымерших селах по огромному роскошному клубу и объявить на этом основании, что мы — самое культурное государство. «Казахстан в этом году занял первое место из 125 стран мира, опередив такие страны, как США, Германия, Италия. Этого удалось достичь благодаря казахстанским ученикам, которые завоевали призовые места на международных школьных олимпиадах», — приводят информагентства заявление министра образования и науки Казахстана Жансеита Туймебаева.
Достижение ли это? И если, следуя логике министра, оно сделано за счет побед на олимпиадах, то означает ли наличие в массе школьников определенного числа вундеркиндов эффективность среднего образования вообще? Насколько казахстанцы образованны? И что означает — быть образованным человеком?
На месте чересчур усердных патриотов, стремящихся притянуть за уши любой, порой не очень-то внятный тест, дабы тут же поставить Казахстан впереди планеты всей, я бы не слишком доверял международным рейтингам в силу их заведомой условности. Ведь куда более лестно оказаться в первых рядах после строгой и объективной оценки. Впрочем, чиновников легко понять — приятно докладывать «наверх» о том, что мы обскакали США и Германию. Звучит солидно, но не более того. При подсчетах индекса развития образования учитываются следующие показатели: охват населения всеобщим начальным образованием, уровень грамотности взрослых, гендерный паритет и процент учащихся, окончивших среднюю школу. Ни о каких международных олимпиадах, заметим, речи нет. Вот число граждан, закачивающих среднюю школу, действительно может поразить впечатлительных иностранцев. Причем экспертов от ИРО совершенно не волнуют отметки в аттестатах — главное, наличие среднего образования на единицу населения. Согласно данным Агентства РК по статистике, численность учащихся в дневных общеобразовательных школах Казахстана в 2009 году составила 2 миллиона 534тысячи. И сам по себе это факт замечательный. Но, как всем известно, благостной картину в системе отечественного образования никак не назовешь. О чем лучше всех знают учителя, изнемогающие от хаоса программ, абракадабры учебников и отсутствия нормальной методики; родители — вечные спонсоры ремонтов, и чувствуют на своей шкуре собственно учащиеся — будущие абитуриенты. Каждый школьник знает о той бездарной лотерее, что зовется ЕНТ. Я лично знаком с юношей уникального склада ума, выпускником алматинской школы и ее же гордостью, который от волнения не набрал минимума баллов. Теперь он успешно учится в Сорбонне — там такие ребята очень нужны. Любопытно, что по данным самого МОН РК, мониторинг в школах Казахстана показал: лишь 57 процентов родителей и 37,8 процента учащихся устраивает качество отечественного образования. При этом 50 процентов родителей считают необходимым изменить систему школьного обучения. Однако их мнение, естественно, повлиять ни на что не может. Хотя, чтобы представить, какое образование мы, собственно, имеем, достаточно проехать в любое среднестатическое село (которое не принимало в недалеком прошлом каких-либо высоких гостей и не готовится принять впредь) и зайти в местную школу. Если, конечно, таковая имеется, и дети не ходят за несколько километров в соседний населенный пункт, более населенный и, следовательно, более перспективный. Охвачены ли они образованием? Формально — да. Что можно сказать об уровне их знаний? Ничего хорошего. Может быть, в вузах отечества их ждет небывалый прорыв? Увы. Если бегло полистать учебные пособия любого технического или гуманитарного института, то нетрудно увидеть, как безнадежно отстали мы от цивилизации, как устарела база данных, на которой строится обучение студентов — специалистов двадцать первого века.
Однако еще в 2008 году министр заявил, что по четырем показателям, характеризующим качество образования, Казахстан вошел в число первых 50 стран мира. Имелись в виду следующие достижения вверенного ему ведомства: количество студентов, количество школьников, финансирование, доступ к интернету. Видимо, существующий на бумаге факт подключения 96 процентов казахстанских школ к всемирной паутине автоматически подразумевает, что мы растим поколение умных, грамотных, образованных граждан.
Но ведь действительно образованный человек не тот, кто окончил какое-либо, хотя бы даже высшее, учебное заведение, — мало ли неучей, узких специалистов или ловких карьеристов из них выходит. Не тот, кто перечитал на своем веку много, даже очень много самых хороших книг. Не тот, кто накопил в себе теми или другими способами некоторый запас разных знаний. Вовсе не в этом суть образования. Самая его суть в том влиянии, которое оно может производить на окружающую жизнь, в той силе, которую дает образование человеку для переделки окружающей жизни, во внесении чего-то нового, своего в какую-либо ее область. Будь это образование общее или специальное, все равно, его главный критерий — перемены в жизни, в обществе, производимые с его помощью. Не количеством того, что знает или что изучил человек, определяется образованность, не числом посещаемых им сайтов, не отметками в дипломе, купленными у нищих преподавателей. «Образованность, понимаемая в лучшем смысле этого слова, исключает узость — узость мысли, знаний, понимания, настроения. Узость духа за деталями, за частностями не видит, забывает целое, многое, разнообразное, великое», — писал немецкий философ Петер Биери.
О каких успехах в отечественном образовании можно говорить, если здесь попросту отсутствует система. Ценность образования заменена ценностью диплома. Кому нужны все эти многочисленные бакалавры и магистры, красиво названные, но не способные излагать свои мысли (если таковые есть вообще), не понимающие смысла своей профессии, имеющие самые примитивные представления о прогрессе и устройстве мира вообще и образованности в частности? А мир тем временем, стремительно обновляясь, идет вперед. Здесь выполняют свою миссию около 14 тысяч университетов, здесь учебники и пособия, созданные лучшими — от древних выдержанных классиков до современных нахальных умов. Здесь учат не только формулам и падежам, здесь учат творить, мыслить и применять мысль в контексте общественной жизни. И это, на мой взгляд, куда интереснее и значимее, чем «призовые места на международных школьных олимпиадах», что само по себе прекрасно, но связи с образованием юного поколения и с образованностью нашего общества не имеет никакой.