Никто не хотел платить дважды

И такое происходит практически везде на постсоветском пространстве. Именно там, где правовое поле и права человека находятся практически на разных полюсах. А обиднее всего, что люди к такому положению вещей кое-где относятся достаточно спокойно.
Зачем да, если можно нет?
В Казахстане все больше людей работают сверхурочно. Но работодатели не хотят платить за переработку, в результате недовольство работников перекидывается на властные структуры. То есть на тех, кто должен обеспечивать баланс между интересами работников и работодателей.
В конце декабря прошлого года в Департамент по контролю и социальной защите населения Мангистауской области поступила жалоба от коллектива работников областной детской больницы. Суть обращения — невыплаты за сверхурочные часы работы на предприятии.
Среди пострадавших: сотрудников хирурги, реаниматологи, пульмонологи, психоневрологи. Сумма невыплаченной задолженности за переработку с сентября 2008-го по декабрь 2009 года составила 828 тыс. тенге.
Невыплаты за сверхурочный труд уже превратились в тенденцию. Так, свежа в памяти история, произошедшая осенью 2009 года в Актобе. Там работники завода «Экотон-Батыс» по выпуску ячеистого бетона не могли в течение нескольких месяцев получить у руководства завода деньги за переработку.
Ситуация в казахстанской экономике вынуждает работников мириться с произволом работодателей. Поскольку найти работу сложнее, чем два-три года назад.
С ног на голову
Согласно опросу компании HeadHunter, 88% сотрудников работают сверхурочно и не получают за это денег.
Если до кризиса на казахстанском рынке труда в приоритете был работник, то сейчас — работодатель. Поясню свою мысль. Помнится, руководитель крупного перерабатывающего предприятия в Алматы сетовал на слишком завышенные аппетиты недавних выпускников вузов. Молодой человек, только закончивший учебу по специальности «технолог», попросил у него 3 тыс. долларов зарплаты. Это еще одно свидетельство того, что порой ситуация доходила до абсурда.
Кризис все перевернул с ног на голову. Диктат со стороны работника сменился на диктат со стороны работодателя. В классической схеме рыночной экономики и работодатель, и работник имеют инструменты влияния друг на друга. Баланс обеспечивает государство, которое следит за тем, чтобы трудовые споры разрешались в рамках правового поля.
«Наши власти на сей счет не очень заморачиваются. Зачем? Они сами давно находятся вне правового поля, а вопросы решают не в судах. Отсюда и правовой нигилизм со стороны большинства казахстанцев, и неверие в способность государства защитить их права», — говорит на условиях анонимности Арман, 32-летний работник одной из консалтинговых компаний.
Благие пожелания и реальность
Формально государство сделало все, чтобы защитить интересы работника.
К примеру, в Трудовом кодексе (пункт второй статьи 89) прописало общую продолжительность сверхурочных работ. Она не должна превышать 12 часов в месяц и 120 часов в год. Данная норма распространяется на все организации, независимо от режима рабочего времени предприятия.
В соответствии со статьей 134 заработная плата выплачивается в денежной форме в национальной валюте не реже одного раза в месяц, не позже первой декады следующего месяца. При задержке по вине работодателя выплаты заработной платы он должен выплатить работнику задолженность и пеню.
Это лишь отдельные статьи Трудового кодекса, призванные защитить работника. Но насколько в реальной жизни применимы и действенны вышеупомянутые нормы?
«Я специально не считала, — говорит Анар, 25-летняя работница одного из предприятий Алматы, — но из-за кризиса мы перерабатываем больше 12 часов в месяц. Первое время хотели получить деньги за переработку, сейчас помалкиваем».
И правильно делают. Когда работники завода по выпуску бетона в Актобе заявили о своих конституционных правах, они мигом оказались по ту сторону заводских ворот.
По мнению Резвана, 42-летнего работника вневедомственной охраны, «сегодня очень сложно требовать, чтобы работодатель соблюдал график выплаты заработной платы». «Закон законом, а мы живем в реальном мире, — продолжает он. — Мы давно не получаем зарплату в первой декаде следующего месяца, как прописано в законе. Ее выплата происходит, когда у работодателя появляются деньги. Причина одна — кризис. А о пенях и говорить смешно. Кто их будет выплачивать? Работодатель, от которого все зависимы?»
Психологические моменты
Правда, бывают и исключения. Из общения с работниками различных компаний можно сделать вывод: наряду с работодателями, занимающими крайне жесткую позицию в вопросе оплаты сверхурочной работы, есть и такие, кто поощряют и соответственно вознаграждают переработку.
В некоторых компаниях переработку называют «овертаймом», за нее соответствующим образом платят, и даже после работы на такси домой отправляют. Но даже весьма понятливые работодатели редко платят двойную таксу, ограничиваясь одинарной.
С другой стороны, инициативу должен проявить и сам работник. Если на сверхурочную работу не соглашается ценный работник, работодатель не спешит искать ему замену. Опрошенные работники считают, что «отказников» не очень любят, но уважать и считаться будут.
«А попросят только тогда, когда уже без вас не смогут обойтись. И это будет ваше большое одолжение», — продолжает мысль Жанар, 35-летняя сотрудница одной из алматинских компаний.
Вместе с тем, врачи считают сверхурочную работу крайне вредной. Именно во время сверхурочной работы делается большинство ошибок. Та же работа, сделанная в утренние часы, гораздо эффективнее.
Почему? Хотим мы этого или нет, но когда не работаем, то так или иначе осмысливаем то, что должны сделать завтра. То есть все равно думаем над проектом. Менделеев, как известно, осмыслил таблицу во сне. Если же мы продолжаем тупо работать руками, мозг отказывается работать, и не способен делать это творчески.
Для сравнения: на Западе сверхурочная работа жестко регламентирована. Если работник переусердствовал, то может заплатить солидный штраф, работая слишком много. И самое главное: там сверхурочная работа либо оплачивается, либо приплюсовывается к отпуску.
Мужчина-женщина
Согласно опросу HeadHunter, мужчины все еще держат пальму первенства по количеству переработанных часов. Так, 72% представителей сильной половины человечества работают по вечерам или по выходным раз в неделю или чаще. Среди женщин этот показатель составляет 60%.
Кстати, весной прошлого года Елена Сидоренко писала на сайт Министерства труда и социальной защиты о том, что, работая в иностранной компании вахтовым методом, она выполняла сверхурочную работу в 2008 году. При этом переработка официально фиксировалась в документах (всего 470 часов переработки включая праздничные дни). В свою очередь, финансовый департамент компании произвел подсчет сверхурочных часов за 2008 год, но деньги она так и не получила.
«Одно то, что работодатель добросовестно считает сверхурочную работу, может вызывать уважение. Предполагаю, что, в конце концов, с ней расплатятся. Другое дело, когда сверхурочная работа нигде не фиксируется. Тогда и пожаловаться некуда, и доказать свою правоту практически невозможно», — считает Усен, 45-летний житель Туркестана.
Чтобы как-то исправить ситуацию с оплатой сверхурочной работы нужно, чтобы государство не только утвердило правовую базу по защите прав работника, но и добилось того, чтобы ей строго следовали. С одной стороны, работники должны самоорганизоваться, и отстаивать свои права в суде, с другой стороны, государство должно сделать все от него зависящее, чтобы законодательство работало.
В противном случае трудовых конфликтов будет все больше, а недовольство бездействием властей лишь расти.