“Нет, я – актриса!”

В киноклубе Олега Борецкого состоялось, наверное, самое необычное за всю его историю заседание. Перед показом фильма “Я – чайка!” Борецкий, как обычно, начал вступительную речь, когда на сцену поднялась женщина в стареньком желтом пальто и с несуразной красной розой в волосах…

Мы уже писали о готовящемся эксперименте (см. № 4 от 25 января). Театр “АРТиШОК” подготовил специально к показу картины “Я – чайка!” интерактивное выступление, которое уже никогда не будет сыграно вновь. Выступление, посвященное Актерам.

Для большинства пришедших на просмотр фильма зрителей все произошедшее в зале после появления женщины с розой (в ее роли выступила заслуженная артистка Казахстана Татьяна Тарская) стало полной неожиданностью. Поочередно со своих мест начали вставать люди, предлагавшие прогнать выскочку. По счастью, это были актеры “АРТиШОКа”, так что Татьяне Николаевне ничто не грозило. Обычные же зрители пребывали в недоумении, а кто-то даже в возмущении, когда “артишоки” начали разыгрывать своеобразный театральный роман: с вступительными экзаменами, первыми ролями пятого зайчика, полным разочарования распределением и прочими атрибутами внешне такой привлекательной актерской профессии.

Уже после просмотра “Я – чайка!” “артишоки” сказали, что раньше этот документальный фильм не видели. Оно и к лучшему, ведь в результате в киноклубе были разыграны две истории: трагикомичная и трагичная. Какая из них была горше, еще вопрос, а вот шокирующей – точно вторая.

После смерти актрисы Валентины Караваевой в 1997 году режиссер Георгий Параджанов нашел в ее квартире множество кино- и аудиозаписей. Записей, которых при жизни актрисы никто не видел. На них Валентина, ставшая знаменитой после фильма 1942 года “Машенька”, а затем попавшая в страшную аварию, играла для себя. Ее последняя заметная роль в кино – Эмилия в ранней версии “Обыкновенного чуда” (1964). После этого лауреат Сталинской премии, красавица с изуродованным лицом, эмигрантка и возвращенка снималась только на любительскую кинокамеру. Из этих плохо сохранившихся фрагментиков вкупе с историей жизни Караваевой Параджанов и составил фильм “Я – чайка!”.

На последовавшем обсуждении едва ли не основной темой была норма морали, этическая грань: имел ли право Параджанов делать такую картину, предавая гласности частные записи? Хотела ли этого сама Караваева, мы никогда не узнаем. С одной стороны, она эти записи не уничтожила, возможно, в надежде, что их когда-нибудь найдут. С другой – она сама их никому так и не показала. Как бы то ни было, но фильм Параджанова напомнил всем о том, что была такая замечательная советская актриса – Валентина Караваева, и о том, что с ней в итоге случилось. Все лучше, чем просто предавать забвению некогда любимые имена.

Дмитрий МОСТОВОЙ, Иван БЕСЕДИН (фото)